Вопрос «как стать писателем» весьма однозначен, и никакой, в общем-то, двусмысленности не подразумевает. А вот как поверить в себя, если на конкурсы работы не берут, публиковать не хотят, а из читателей только муж, бабушка и кот, который был вынужден слушать ваше бормотание, потому что не было в доме места удобнее, чем ваши колени, нагретые ноутбуком – это уже хороший вопрос.
Одно дело начать писать в блокнот или Ворд, и начать считать себя писателем, когда будут набраны пять-десять-пятнадцать страниц, и совсем другое – быть писателем, которым мы все хотим быть. Да, да, живущим в роскошном отеле у моря, пишущим дорогой ручкой или на последнем макбуке свои мемуары и остроумные заметки. Там еще контракты с Голливудом, дети-вундеркинды, и все прочее, прилагающееся к идеальному образу писателя, каким нам хотелось бы стать, перескочив при этом отвратительный, тягучий процесс написания книг, и всю волокиту, с публикацией и издательством, и во что там авторы еще ввязываются.
А во что они только не ввязываются! И в абъюзивные отношения, и в игры на огромные суммы, и на журчание потока мыслей и слов в голове, тут и обивание порогов, лизоблюдство, нерешенный коммунальный вопрос, вопиющая бедность, подработка литературным призраком, который пишет за другого, популярного, писателя, и остается в тени. И правки вносят, и гранки, и редактурой занимаются, и чужие книги вычитывают, и статьи на заказ пишут, и продающие тексты, и посты составляют для социальных сетей, а потом бьются над своим произведением, курят и плачут, вытирая сопли тем, что вчера еще казалось гениальным прорывом, новым словом в литературе.
Сейчас особенно сложно выделиться среди всей массы писателей, которые внезапно заделались в писатели, потому что это действительно не так сложно – лепи все подряд, и критики сочтут это годным инфопродуктом (не книгой, нет): это будет товар, который встречают по обложке, по обертке, по предварительной кампании.
Как выбиться в первые ряды, притянуть внимание к своему произведению, не ведя при этом активную социальную жизнь – загадка. Как вести активную жизнь и при этом находить время, чтобы писать – загадка.
Как не забить на все это хер, потому что современная художественная литература не пользуется большим спросом, как не уползти в кокон депрессии, если никто не замечает, не читает, не подписывается, не восторгается и не несется, сломя голову, подписывать с вами/нами контракт?
Приготовились, три, два, один – плие! Я не знаю. Не знаю, как и зачем, и еще почему. И не встречала ни одного человека, который мог бы дать внятный ответ на этот вопрос.
Придется просто верить и ждать. Делать все возможное, чтобы не свихнуться, не отказаться, не забросить, не зарубить на корню талант, возможности и стремления. Пробивать себе самому путь, как бабки в утренних автобусах, и рваться к победе, как эти же самые бабки рвутся занять свободное место у окошка. Фюить, и уже занято.
Если удовлетворяться секундной славой не хочется, придется еще и создавать качественное, выверенное, значимое. Казалось бы, что проще, казалось бы – что сложнее? Но нужно. Нужно, чтобы отсеялась шелуха, отблистали конфетти, создающие помехи и заслоняющие своим мельтешением что-то большое, серьезное, вечное, или хотя бы долгоиграющее.
Ведь пустого и шумного – много, а ценного и прекрасного – в разы меньше. Всегда будут люди, гребущие деньги лопатами, поскольку они умеют продавать себя, умеют учить, как продавать себя, умеют уметь учить, и всегда пользуются спросом. Но все же, мы возвращаемся отдыхать на природу, вырываемся из шумного города и разъезжаемся во все стороны – к рекам, озерам, морям, чтобы сидеть на теплой траве под раскидистым дубом и смотреть на небо, прищурившись.
Мы убегаем от бесконечных дел, задач, гонки и бега с препятствиями по пути к успеху, достижениям, мы выбрасываем в мусорные контейнеры самоучители, мотивационные брошюры, учебные пособия и опускаемся в гамак, чтобы отдыхать с классикой, переживать, завидовать, плакать, радоваться, восхищаться, задумываться о том, куда делись те времена, когда никто никуда не торопился, все спали до обеда, играли в бридж, а потом ехали танцевать.
Значит ли это, что нужно создавать что-то «романтичное и романтическое», чтобы называться классиком? Нет. Значит ли это, что нужно производить легкое чтиво? Тоже нет. Значит ли это, что нужно прогнуться и хватать первый попавшийся инфоповод, запихивать его в яркую обложку и учить тому, что сами не знаем? Вовсе нет.
Мысль в другом – всегда будут писатели-однодневки, всегда будут писателями, которым суждено называться классиками.
Всегда будут люди, которые живут с пером и спят с пером, потому что в этом их предназначение, и им будет не хватать внимания, недоставать признания, их будут мучить несправедливость, напрасность, они могут стать злыми, несчастными, потерянными, но чего они не могут – не писать. Даже когда никого не интересует их творчество, даже когда они сами в себя не верят, и никто в них не верит. Для них не стоит вопрос – верить или не верить, делать или не делать, они просто не могут иначе.
Если можно иначе, стоит ли вообще пробовать и разочаровываться?
Зачем писать, о чем писать, зачем не писать, маяться, страдать, голодать, плутая по лесной тропинке, которая то ли ведет куда-то, то ли просто водит по кругу.
Иногда мечту «написать книгу» лучше заменить на «прыгнуть с парашютом». Адреналина больше, а затрат меньше. Но если уж решишься – будь реалистом, дойди до конца и прислушайся к себе еще раз. Откликается, или хватило.