А я вот Высоцкого люблю. Пусть все слишком, все громко, истерично, с надрывом. Но как, как! Только в детстве мне казалось, что Высоцкий — это незатейливые мелодии, спетые очень громким хриплым голосом. Но сейчас я достигла возраста расцвета творчества Владимира Семёновича, и считаю его своеобразным символом эпохи начала крушения СССР. Нет в нем того сытого шестидесятничества, как у Вознесенского, Евтушенко и других, кстати, мною глубоко уважаемых. Нет, в творчестве Высоцкого есть ветер перемен, тот бунт, та отверженность, даже сиротливость на грани травли. Поэзия Высоцкого для меня — это бесконечность.
Люблю я Высоцкого, а написать хотела о телефонах. Вот такой сюжетный кульбит. Сейчас что. Скукотища. По Всемирной паутине можно связаться за считанные секунды с любой точкой мира. Вот крестная моя в Сан-Франциско живет. Главная проблема связи — это разница во времени. А так все мгновенно, качественно и легко — будто человек, живущий на другом континенте, находится в соседней квартире.
А раньше-то романтика. Бегали к автоматам за «двушку», бегали к соседям звонить — в самом крайнем случае, невежливо беспокоить людей. Междугородний звонок был очень ответственным мероприятием — сам звонок отличался, звучал более протяжно, часто. «Междугородняя!» — громко провозглашала бабушка, я вжималась в стену, остальные домашние замирали. «Алло! Алло!» — вопила она в трубку, связь была неважная. Кстати, люди старшего поколения до сих пор орут в свои мобильные, как в лесу. Генетическая память — штука иррациональная. Никто не звонил просто поболтать. Всегда только по делу. Домашний телефон был не у всех и считался особым удобством.
А сколько романтических моментов связано именно с телефоном. Вспомните хотя бы «Иронию судьбы…», как с головой проштрафившийся Лукашин звонил из Ленинграда в Москву — в кредит, по автомату. Пытаясь за пару оплаченных минут объяснить несчастной невесте о коллизиях, произошедших с ним.
Так вот, Высоцкий. Есть у него песня «Ноль семь». А в ней звучит вопрос: «Почему мне в кредит, по талону предлагают любимых людей?» Да почему-почему… Техника. Сейчас звони, кому хочешь, без конца и без края. Главное, чтобы было, кому звонить. А то ведь ещё хуже, если телефон есть, а звонить некому. Лучше уж, когда есть любимые, но доступ к телефону ограничен. Тем дороже связь с этими людьми. И я не о деньгах.
Девушка, милая, как вас звать?» — «Тома.
Семьдесят вторая». Жду, дыханье затая…
«Быть не может, повторите, я уверен —
Дома!… Вот уже ответили.
Ну здравствуй, это я!»