Страшная осень 1941 года. Ленинград взят в блокадное кольцо. Начавшееся движение по Дороге жизни не дает нужных результатов, машины десятками проваливаются под лед. В городе начинается голод. А перед учеными-политехниками стоит практически неразрешимая задача — остановить аварии и спасти жизни тысячам людей. В рамках всероссийского проекта Минобрнауки России «Научный полк» мы рассказываем о вкладе высшей школы в Победу.
Ученый-физик Павел Павлович Кобеко с 1925 по 1952 год работал в Ленинградском физико-техническом институте и одновременно, начиная с 1930 года, преподавал в ленинградском Политехе. Он не стал эвакуироваться в Казань и остался в истории вуза тем самым «блокадным директором», на плечи которого легли спасение лабораторий и строительство уникальных сооружений. Делать так, чтобы дорога по тонкому льду стала действительно Дорогой жизни, тоже пришлось ему.
Именно под руководством Павла Павловича группа ученых Физтеха и Политеха нашла способ обеспечить прочность ледового покрытия для движущихся по нему машин.
Зима в 1941 году наступила рано. С приходом холодов появилась возможность проложить автомобильные маршруты по льду Ладожского озера и Финского залива. Но как это сделать технически? Лед не асфальт, под твердым покрытием — десятки метров воды. Никто до сих пор таких дорог не строил. Но медлить было нельзя — нужно было эвакуировать детей и женщин, доставлять в город продукты и боеприпасы.
В ноябре по хрупкому льду пустили первые машины. Часть из них благополучно добиралась до противоположного берега, но под некоторыми лед трескался, и они проваливались под воду. За первые недели утонуло около сотни грузовиков. Тогда руководство города поставило задачу группе ученых во главе с Павлом Кобеко выяснить причину аварий и найти способ эксплуатировать ледовую дорогу без потерь или хотя бы с минимальными. Сроки указали не просто сжатые. Как сейчас говорят: надо было вчера! На поиск решения дали 3–4 дня.
Ученые предположили, что причина в резонансе, возникавшем из-за совпадения скорости автомобиля, движущегося по льду, со скоростью волны подо льдом. Ладога, как известно, озеро бурное. Даже если лед был достаточно толстый, при совпадении скоростей он трескался, и машина проваливалась.
Среди тех, кто работал над решением проблемы безопасного передвижения по льду Ладоги, был еще один выпускник ленинградского Политеха Наум Моисеевич Рейнов. При его участии был изобретен специальный прибор — прогибограф для автоматической записи колебаний льда и исследования деформации ледового покрова.
Ученые круглосуточно делали замеры и выяснили, что самая опасная скорость для автомобиля — 35 км/ч. В результате было рассчитано, какими должны быть скорость и дистанция между движущимися параллельно машинами: 150–200 метров при быстром движении и 60–70 при медленном.
Например, как только караван подъезжал к Ладожскому озеру, давалась команда двигаться со скоростью 25 км/ч и дистанцией 70 метров между машинами. Следующий караван подходит — замеры произвели — команду отдали: двигаться 30 км/ч, держать дистанцию 100 метров. Больше трещины не возникали, и машины не тонули, хотя шли порой, погрузившись в воду по двери кабины.
Так при помощи науки по ледовой Дороге жизни с 22 ноября 1941 по 24 апреля 1942 года курсировали около четырех тысяч полуторок. А в январе 1943 года благодаря прогибографам и полученным расчетам по льду благополучно прошли тяжелые танки «КВ» — орудие для наступления в военной операции «Искра».
Павел Павлович Кобеко в 1943 году стал деканом физико-механического факультета ленинградского Политеха, с 1944-го заведовал кафедрой физики диэлектриков и полимеров. Награды тоже нашли этого героического ученого: кавалер орденов Ленина, Трудового Красного Знамени, Отечественной войны II степени, медалей «За оборону Ленинграда», «За победу над Германией в Великой Отечественной войне 1941–1945 гг.» и «За доблестный труд в Великой Отечественной войне в 1941–1945 гг.».
Но разве можно измерить наградами ценность самой Дороги жизни? Да и не нужно это. Просто каждый раз, думая о городе-герое Ленинграде, вспоминайте не только о бессмертном подвиге жителей блокадного города, но и о выдающихся ученых Павле Кобеко и Науме Рейнове.
«Уверен, что сохранение исторической памяти — это не слова, а дела. Это воспитание, которое идет от семьи, от школы, от университета, это реальная помощь ветеранам, это изучение своих корней и, конечно, поисковая работа. Именно этот непростой, но такой важный труд взяли на себя политехники из Центра патриотического воспитания молодежи «Родина» и Военно-исторического клуба «Наш Политех». Возродив в 2006 году традицию поездок студентов в Карелию, в те места, где проходили бои 3-го Выборгского полка 3-й Фрунзенской дивизии народного ополчения, активисты наших патриотических движений вот уже 17 лет отправляются в поисковые экспедиции в район деревни Сяндеба. Ребята не только проходят путем красноармейцев, реконструируют события Великой Отечественной, они упорно ищут воинов, которые остались на полях сражений. И находят, разыскивают родственников, с почестями предают земле.
Вы помните слова Суворова: «Война не кончится, пока не будет похоронен последний солдат». Я бы расширил эту мысль: …и пока память о каждом не будет увековечена.
Сегодня политехники создали целый архив героев Великой Отечественной — «Книгу памяти», в которой собрана информация о каждом политехнике —участнике войны. Мы стараемся вносить свою лепту в дело сохранения исторической памяти, ведь это то малое, что может выразить нашу благодарность героям, а также бесконечную скорбь по тем, кто не вернулся…», — отметил ректор СПбПУ Андрей Рудской.