Жозепа Борреля не раз уличали в том, как неумело он лезет не в свое дело. Он верховный представитель по иностранным делам Евросоюза, местный глава МИД и должен стремиться решить любой вопрос мирным путем. На деле же все его разговоры — о поставках вооружений, о развязывании полномасштабного военного конфликта с Россией. И сегодня он впервые и сам признал такое, заявив, что чувствует себя министром обороны Евросоюза.
У этих слов есть контекст. Дескать, Боррель сожалеет, что приходится говорить не о мире, а о боеприпасах. Да и стремление сосредоточить в своих руках больше власти понятно. Но все равно грозят далеко идущие последствия, поскольку глава евродипломатии признал, что де-факто ЕС — военное объединение.
Эта функция заложена при формировании объединения изначально. Но политика и экономика были на первом месте. Теперь же, когда из-за разного отношения к санкциям начались разногласия, вспомнили про военную отрасль, которой обычно управляют централизованно. Вот только что в таком случае отличает ЕС от НАТО? Разве что безуспешные попытки стран Евросоюза действовать отдельно от управляемого Вашингтоном Североатлантического альянса.
Пробует он расширить свое влияние и в другом, причем не менее одиозно. Долго думал дипломат, как же выполнять дальнейшие техзадания по принятию новых санкций против России, когда ограничивать уже и так нечего. Две недели назад даже заявил: «Сегодня мы не в той ситуации, чтобы согласовать новые санкции против России, мы продолжим обсуждение». Но теперь все-таки придумал, и это назвали «наказаниями в виде экономических мер против третьих стран, нарушающих антироссийские санкции». Скорее бы решились на такое! Десятки развитых стран нарушают ограничения. Если их подвергнуть остракизму, то в изоляции окажется уже сам Евросоюз.