Сын моего знакомого попал служить в воздушно-десантные войска, он этого хотел, добивался и готовился. История эта происходит в военном 2022 году.
В первую часть службы новобранцы месяцами занимались укладкой парашюта при том, что многие из бойцов за время службы так и не прыгнули с парашютом. Физическая подготовка была довольно формальная, рукопашного боя вообще не было. Не было и боевой подготовки, а были бесконечные построения всей части по четыре раза в день. Под боевой подготовкой я понимаю стрельбу, тактику, медицину.
Замечу, что парашютная подготовка в современной войне не имеет никакого смысла, а на неё в частях ВДВ уходит огромное количество ценного времени.
Полгода службы у нашего десантника прошли в построениях, уборках территории, патрулях без какой-либо боевой подготовки. Даже стреляли всего один раз, хотя в части есть своё стрельбище. И это воздушно-десантные войска.
Потом наш герой был по своему желанию переведён в Курскую область, поближе к зоне СВО. Он надеялся, что здесь служба станет более осмысленной. Но на новом месте стало ещё хуже – бесконечная так называемая "рабочка". Целыми днями или строительство, или разгрузка вагонов. А днями было простое – из-за отсутствия материалов и гражданских мастеров – бестолковое, изматывающее бездействие. Естественно, никакой боевой подготовки. И это, повторяю, воздушно-десантные войска, находящиеся недалеко от государственной границы.
Но за три месяца до "дембеля" всё резко изменилось. "Рабочка" полностью прекратилась. Началась интенсивная боевая подготовка – разные виды тактики с упором на штурмовые действия. Обучение проводили ветераны боевых действий – гражданские люди, которых специально нашли и пригласили. Впервые за все время службы начали обучать тактической медицине. Стрельбы стали проводиться через день, при этом стреляли из разных видов оружия, боеприпасов не жалея. Занятия по боевой подготовке стали такой интенсивности, что спать в неделю получалось не более 20 часов.
На вопрос, с чем связаны такие радикальные изменения, боец ответил кратко: поменялся командир роты.
Прежний командир равнодушно относился к военной подготовке, не проявлял инициативы. Новый командир не только кардинально изменил жизнь своих солдат-срочников, он не боится конфликтовать с начальством из-за того, что его бойцов пытаются отправить на разгрузку вагонов.
Расскажу про свой опыт срочной службы. Мне довелось служить в советской армии в последние годы существования великого Советского Союза. Первые полгода я обучался в прекрасном учебном центре на Западной Украине. Прекрасен этот центр был своим образцовым порядком, отличными офицерами и сержантами. Служили там примерно 1000 солдат-срочников, обучали их специальностям младших авиамехаников. Оговорюсь сразу, что к тому времени уже много лет солдат не мог выполнять обязанности авиамеханика из-за очень сложной техники. Таким образом, 1000 солдат условно обучались тому, чем в принципе заниматься не могли. Лучше бы нас обучали по программе обычных мотострелков, за полгода интенсивного обучения мы бы стали настоящими профессионалами. И такая ситуация была повсеместно в советской армии, эту же болезнь унаследовала и российская армия.
Сотни тысяч, а может, и миллионы солдат-срочников могли бы стать отличными стрелками, пулеметчиками, гранатометчиками, водителями БТР и БМП, одним словом, солдатами настоящими или, как раньше говорили на Руси, ратными людьми. И с большой благодарностью к своим офицерам вспоминали бы армейскую службу. Могли бы, но не стали.
Сами офицеры не заинтересованы в боевой подготовке своих подчинённых, особенно срочников. Причин много, но самое главная из них – это нежелание реально трудиться и брать на себя ответственность. Предполагаю, что в бумажной отчетности солдаты учатся военному делу настоящим образом постоянно, но в реальной жизни это совсем не так. Несложно и перепутать реальную жизнь с виртуально-бумажной. Очевидно одно – что ратный дух угасает в нашем народе.
Но надежда есть, и ратный дух ещё жив, тому подтверждение – феномен ратного добровольчества и ЧВК "Вагнер".
В нашей армии, кроме инициативных офицеров, есть и подобные сержанты-контрактники. Они стараются обойти бюрократические преграды в вопросах боевой подготовки, покупают на свои деньги снаряжение и специальные приборы. Инициатива младших офицеров и контрактников сегодня есть спасение для нашей армии.
Куратор ЧВК "Вагнер", говоря о наших проблемах на фронте, отметил, что сама армейская система подавляет инициативу и является препятствием к нашей победе. Замечу, что эта система стала складываться в советской армии во времена Хрущёва, когда армия из боевой силы стала превращаться в социально-бюрократическое явление. На мой взгляд, очень важно, что всё это вскрылось, диагноз поставлен, а значит, есть все шансы болезнь излечить. Сломать систему можем нашей инициативой и неравнодушием. От этого зависит спасение нашей Родины.