Филипп Рикор большую часть жизни прожил во Франции, но до последних своих дней оставался типичным американцем: чрезвычайно деятельным типом, чьё самомнение росло прямо пропорционально уровню некомпетентности, а теоретические основы медицины скорее мешали, чем помогали делать бизнес на бедных (и не очень бедных) французских сифилитиках. Ядрёное сочетание благоприобретённого американского практицизма с фамильным галльским темпераментом доктора грозило взорвать европейскую венерологию к чертям. Собственно, так и произошло: Нагромождение древних теорий с треском взлетело на воздух и больше о них никто не вспоминал.
Наш герой родился в 1800 г. в Балтиморе, в семье французских эмигрантов, бежавших в Америку от гильотины. Американская мечта у семейства Рикор не задалась и Филипп зарабатывал в аптеке мальчиком на побегушках. Днём Рикор готовил порошки и разносил заказы, ночью запоем читал. Гиппократово «учение о ликворах» мешалось в голове юного ботана с теорией «унитаризма» - о ней расскажу чуть позже.
Начитанного Рикора взял под крыло французский посол. Вскоре юноше вместе с братом доверили отвезти в Париж материалы естественно-научного свойства, собранные натуралистами на Североамериканском континенте. Очевидно, к пухлым томам рукописей и иллюстраций прилагалось рекомендательное письмо. В 1821 г. Филипп Рикор стал экстерном (т. е. интерном без содержания) в больнице Валь-де-Грас. Из Валь-де-Граса Рикор перешёл в больницу Отель-Дьё, став учеником хирурга Гийома Дюпюитрена (см. «котрактура Дюпюитрена»). В 1822-ом Рикор сдал экзамены в интернатуру и его будущее в звании французского хирурга казалось неизбежным. Всё испортил злодремучий характер франкоамериканца: Рикор публично заявил, что в Америке уже несколько лет оперируют по методике, которую Дюпюитрен считал своим изобретением. Такого заслуженный хирург не стерпел и молодой правдоруб с треском вылетел из интернатуры. Не без труда Рикору удалось завершить учёбу в больнице де ля Питье.
Интернатура окончена, степень доктора медицины присвоена, постоянной работы у Рикора нет и не предвидится. Портить отношения с мэтром Дюпюитреном, принимая в больницу его заклятого врага парижские хирурги не желали. Зато венерологам хирургический авторитет был глубоко параллелен. В 1831 г. открылась вакансия в больнице венерических болезней Миди и Рикора приняли на работу. Злые языки утверждают, что о сифилисе он знал лишь то, что такая болячка существует.
Презервативы уже существовали, но пользоваться ими было не модно и неудобно. Да и назвать надёжными изделия из телячих кишок, тонкой кожи или шёлка можно было с большой натяжкой. Кроме полового сифилиса цвёл сифилис бытовой — через общие ложки-плошки-полотенца. В России, например, долго и безуспешно боролись с передачей сифилиса от заражённых младенцев-подкидышей к кормилицам. Бесплатные больницы для сифилитиков имелись, но количество мест в них исчислялось десятками на тысячи больных, а условия содержания... — не будем о грустном.
Сифилис -замечательная болезнь с точки зрения платной медицины. Его можно было лечить долго, упорно, отдавая докторам последнее и никогда не вылечить. Известная со времён Амбруаза Паре терапия ртутными препаратами в XIX веке основательно себя дискредетировала. Лечение ядовитой ртутью порой бывало опаснее самой болезни. Вместо сулемы доктора рекомендовали потение в бане и кровопускание. Единственный прок от лечения баней был в том, что оно возродило интерес к банно-прачечным процедурам. Что же касается кровопусканий, то они лишь добавляли проблем и без того худосочному населению Европы, никого не излечивая.
Рикор подступил к неказистой махине европейской венерологии с американским прагматизмом. Огромный массив знаний о «венере» изучать некогда — значит их надо упростить. И Рикор разделил бесконечное разнообразие проявлений сифилиса на три стадии — классификацией Рикора мы пользуемся по сей день. Потение в бане и кровопускание неэффективны — ну и бес с ними. Вернёмся к проверенным ртутным препаратам. Но не в виде мазей, а пилюлями и порошками внутрь — так надёжнее осуществлялось воздействие ртути на бледные трепонемы (возбудитель сифилиса) и почки пациента. Для наказания лечения особо запущенных сифилитиков применим общую меркуризацию. Больного запирали в медный бак и нагревали, одновременно впуская пары ртути. Порой больные помирали от такой «терапии», но при оплате лечения вперёд это несущественно. Зато выжившие разносили по всей Франции слух о докторе Рикоре — Победителе Сифилиса. После чего возвращались в клинику с новым обострением.
Венерологов всего цивилизованного мира мучил вопрос: Почему на одних больных лечение ртутью действует великолепно, а у других как текло из причинного места, так и течёт? Дело в том, что доктора не различали две разных болезни: сифилис и гонорею. Происходило это от того, что джентльмен или леди, ведущие невоздержанный образ жизни с большой вероятностью цепляли обе заразы и демонстрировали врачу симптомы обоих заболеваний одновременно. Традиционное средство от сифилиса — соединения ртути губительно действуют на сифилитическую бледную трепонему, и значительно менее эффективны против гонококка. Английский врач Джон Хантер (1728−1793 гг.) пытался доказать, что сифилис и гонорея — разные заболевания. Он привил себе отделяемое из уретры больного гонореей — и заболел сифилисом. Неудачный эксперимент укрепил сторонников «унитарной» теории в их заблуждениях. О том, что больной, от которого заразился Хантер мог болеть сифилисом и гонореей одновременно доктора как-то не подумали. Но «унитарная» теория мешала Рикору делать бизнес на лечении сифилитиков — среди них обязательно объявлялись носители гонококков, на которых ртутная терапия не действовала. И недовольные клиенты требовали деньги обратно. А если теория мешает бизнесу — её надо отменить.
К вопросу ликвидации унитаризма в венерологии Рикор подошёл с истинно американским размахом. С 1831 по 1837 г. он заразил 700 человек сифилисом и 667 гонореей. Сифилис в то время был неизлечим. В основном заражались преступники, приговорённые к смерти, однако... жалко бедняжек. Но «жалко» - не медицинский термин. На основе масштабного эксперимента Филипп Рикор доказал всем заинтересованным сторонам: сифилис, это сифилис, а гонорея — 100% триппер. Первых — на меркуризацию, вторых — на минеральные воды. От коих, по меткому замечанию бородатого классика, главная польза в том, что и вреда никакого нет. Специфического лечения гонореи ещё не существовало.
«Учёные не могли не учитывать полученные Рикором результаты, но осудили методы их получения» - сказано уже в наши дни. Но, повторюсь ещё раз: жалость — не медицинский термин. Экспериментальная медицина, это путь страданий, ибо рано или поздно в любой работе наступает момент, когда от опытов на животных надо переходить к экспериментам на людях. И это будут отнюдь не добровольцы из числа самих учёных. Не потому что среди медиков перевелись смелые люди, а потому что ни одно надзорное ведомство не примет результаты опытов на одном-двух аспирантах. Чтобы исключить любые погрешности, вроде той, что произошла с талидомидом, требуется участие сотен и тысяч самых разных людей в качестве «подопытных кроликов».
В 1860 г. Филипп Рикор отошёл от дел, будучи богатым и знаменитым. Возраст, заслуги и деньги позволяли ему без ущерба для репутации пересидеть Франко-Прусскую войну где-нибудь на Ривьере. Но Рикор вспомнил свою первую хирургическую специальность и отправился на фронт. Доктору случалось перевязывать под пулями и под дождём из прусской картечи. Филипп Рикор скончался от пневмонии 22 октября 1889 года немного не дожив до двадцатого столетия. Перечитывая биографию Рикора вспоминаешь поговорку про типичного американца: "Наглый делец с дублёным загривком и львиным сердцем".
Занимательная фактура
Рикор искренне полагал, что заражения сифилисом можно избежать, если его первый признак — твёрдый шанкр - прижечь или иссечь в первые пять дней от начала процесса. «А если заражение всё-таки произошло?» - спросит въедливый читатель. Это, наверное, от того, что залупа была отсечена недостаточно радикально.
Инструкция доктора Рикора о том, как обнаружить гонорею. Привожу без купюр, ибо шедеврально:
«Выбери женщину бледного лимфатического темперамента – предпочтительно блондинку и как можно более белую. Угости ее сначала устрицами и не забудь спаржу. Напитков должно быть много: белое вино, шампанское, кофе, ликеры – все это очень хорошо. После обеда – танцы с друзьями. Пусть вечер будет жарким, охлаждай свою жажду пивом обильно. Ночью веди себя отважно – два или три раза, как минимум (чем больше, тем лучше). Утром долго принимай горячую ванну и если ты не получишь триппер, это будет просто чудо»
«Корсары Тарновского» (повесть о пиратах постъядерной эпохи): Литрес
«Взрывая Империю» (мир магии и тротила): Литрес