На скалистом острове – в тюрьме Алькатрас умирал узник. Мучительно долго он страдал от воспаления легких. И умер не старым. Всего то в 57 лет.
Не подумайте, что это был кто-то из недругов легендарного графа Монте -Кристо.
Нет, это был гениальный мошенник из Чехии Виктор Люстиг. Он многое успел за короткую и «яркую» жизнь.
В самом начале карьеры, (почти совпавшей с началом двадцатого века) Люстиг курсировал на пароходах через океан и набирал обороты в мошенничестве высшей категории.
В Америке он продал известному банкиру «золотой кирпич». Тот вовсе не был дураком, но купился на дешевизну драгметалла. Золото надо было срочно продать, а посему так вот дешево. За 14.5 килограммов золота – 10 тысяч долларов. По тем временам очень хорошие деньги! Перед покупкой кирпич проверили. Да, настоящее золото, подтвердили те, кто проводили экспертизу, отщипывая по уголкам золотишко.
Все, как и придумал Люстиг. Он точно знал в каком месте возьмут пробу и золото там, конечно, было. А остальное, увы, только олово.
Примечательно, что очень многие «благословленные» Люстигом клиенты, предпочитали потом тихо помалкивать о том, что были обмануты жуликом.
Их можно понять! Ну кто после такого случая станет доверять банку?
А кроме того, Люстиг очень удачно торговал машинкой, которая печатает доллары. И люди сами предлагали купить ее. Одна долларовая купюра появлялась из «машинки» за 6 часов. А всего печатались только две. Люстигу было достаточно 12 часов, чтобы исчезнуть из поля зрения покупателя. Однажды такую технику приобрел даже шериф.
А мировую славу Виктор Люстиг сделал, продав Эйфелеву башню. Ему на глаза попалась статья в парижской газете о том, насколько проблематично и дорого содержать башню.
И созревает блистательный план.
Башня продается, как металлолом!
Но эта информация для избранных продавцов металла. Благороднейший заместитель министра проводит тайную сделку, чтобы не тревожить народ сносом замечательного памятника архитектуры.
Продал и еще получил взятку, как высокопоставленный чиновник, отягощенный делами и государственными заботами.
Да, что там парижане! Даже прожженный Аль Капоне повелся на «порядочность» Люстига.