Знаете это тонкое, едва уловимое ощущение, которое посещало в последние дни летних каникул? Еще летняя жара - но вечерами внезапно чувствовал дуновение близкой осени, последние вздохи заканчивающейся летней свободы. И эти ощущения помнишь до сих пор, эти последние глотки лета - вспоминая их как уже последние глотки детства.
За последние глотки детства и юности я очень люблю сериал "Мир! Дружба! Жвачка" — при всех его недостатках авторы потрясающе смогли передать вот это балансирование на грани детства и взрослой жизни. Детства и юности, которые прошли в смутном мареве девяностых. И вот попалась книга, которая тоже отлично смогла передать то самое ощущение. Только куда страшнее.
Сам автор пишет про корни этой истории в книгах Кинга, в том, что называют "южной готикой" и жанром "small town horror" - историях про маленькие городки, где все всё про всех знает, и где злу почему-то всегда раздольнее всего. Тут, конечно, можно и придраться, ведь Ростов-на-Дону даже в девяностые не был таким уж "маленьким городом", со своим миллионным населением - но такими "маленькими городками" в огромном городе назовем его районы. И вот один из районов Ростова. 1993 год. В городе бандиты и менты ведут свои дела, а восьмиклассники живут своей жизнью - каждый своей. Кто-то не знает, куда деваться из дома, в котором не переставая ругаются родители на грани развода. Кто-то зачитывается фантастикой, упоенно воображая себя то космическим пиратом, то героем мрачного фэнтези. Кто-то ездит "по делам" вместе со старшим братом - "деловым пацаном" в непременной кожаной куртке и пистолетом в бардачке машины, а у кого-то из всей семьи остались только умирающая бабушка да кошка... Что их может объединить вообще, таких разных? Общая неприкаянность - или случайно пролитая кровь на сухом песке берега Мертвого Донца, на том месте, где когда-то стоял город Танаис? На том месте, где кто-то спит под курганами, кто-то очень-очень древний. И очень страшный.
Знаете, можно, конечно, много написать про то, что сюжет с "пробужденным древним злом" давным-давно уже превратился в штамп. И вспомнить "Оно" Стивена Кинга. Или "Лето ночи" Симмонса. Или другие книги и фильмы. Всё это, честно говоря, не так уж важно. Важно, что у Андрея Подшибякина получилось рассказать эту самую вечную историю, и так, что герои воспринимаются теми самыми нашими полузабытыми одноклассниками. Теми самыми, которые лениво ругались с учителями, мечтали о "сникерсе" и видеомагнитофоне, мастерили на уроках труда нунчаки и пытались изобразить с ними "ниндзя". А еще удалось показать время. То самое, которое у моего поколения оставило горько-сладкие воспоминания, потому что тогда были юность и детство. И были девяностые. Время, когда хтоническое древнее зло, спящее под курганами, было далеко не самым страшным из того, с чем тогда мы жили бок о бок.
".. У нас, тех, кто родился на закате поколения X, в конце семидесятых - начале восьмидесятых, было одно детство на всех. Мы ходили в одной одежде, одинаково проводили время, увлекались одним и тем же, читали одни и те же книги, учились в плюс-минус одних и тех же школах. Всё, что произошло дальше (с нами, с жизнью, со страной, с миром), достаточно быстро развело всех по разным векторам — уже в конце девяностых между нами осталось очень мало общего. Этот момент последнего единства мне и хотелось зафиксировать..."
А. Подшибякин
