Политический скандал.
Совсем недавно мы рассказывали вам о том, как канадские профессионалы после приезда в СССР в рамках Суперсерии 1972 года активно пытались уличить соперника в шпионаже. Ключевую роль в этом сыграли сотрудники федеральной полиции Канады. Дело в том, что перед отлетом своих соотечественников в Советский Союз на гостевые матчи легендарного противостояния они предупредили их о возможной слежке со стороны КГБ. По словам канадских правоохранительных органов, в гостиничных номерах игроков Канады могла присутствовать круглосуточная прослушка. Они были убеждены, что таким образом советская команда захочет выведать коварные тактические планы противника на предстоящий матч. Само собой, это произвело огромное впечатление на хоккеистов сборной Канады, большинство из которых ранее не слишком часто бывали за границей. В итоге заботливое предостережение канадских спецслужб вылилось в мощнейшую паранойю со стороны некоторых игроков сборной «Кленового листа».
«Господи, какая же у нас паранойя была в СССР! Мы искали жучки, бормоча: «Черт бы вас побрал, чертовы коммуняки!» Мы проверили стулья, посмотрели под всеми коврами», — говорил легендарный Фил Эспозито.
В поисках прослушивающих устройств канадцы осматривали каждый квадратный сантиметр своих номеров. Но в итоге, к разочарованию сборной Канады, ни одной «прослушки» так и не было найдено — СССР соблюдал все правила достойной и честной борьбы.
В отличие от соперника, советские хоккеисты по прибытии в Канаду не были озабочены наличием под их кроватями каких-либо записывающих устройств. И дело не столько в доверии к канадцам и уверенности в том, что они точно не опустятся до подобных приемов. Сколько в шоке, который ожидал наших соотечественников по приземлении на «враждебной» земле. Советскую делегацию встретили шестью длинными кадиллаками и двумя роскошными автобусами, которые подопечные Всеволода Боброва ранее не видели никогда.
«Одеты были скромно, в советские костюмчики, в руках чемоданы, баулы… Выстроились друг за другом, чтобы зайти в одну дверь. Нам показывают: да вот же еще проходы в автобусы, садитесь смелее, а мы толкаемся по привычке… Привезли в шикарную гостиницу в центре Монреаля, поселили на отдельном этаже, приставили секьюрити, чтобы никто не беспокоил. Когда играли с любителями, мы обычно останавливались в скромных трехзвездочных отелях, иногда — в мотелях. А тут вдруг такая роскошь… Неловкость была, конечно», — придавался воспоминаниям Борис Михайлов.
Само собой, не обошлось без ложки дегтя. Старт Суперсерии 1972 года мог быть сорван из-за чехословацкого эмигранта, державшего обиду на Советский Союз из-за событий Пражской весны. Оказалось, что его машина была раздавлена советскими танками во время ввода войск в страну.
«Почти сразу советская делегация столкнулась с политической проблемой. Один из чехословацких эмигрантов в Канаде, подавший в суд провинции Квебек на Советский Союз за то, что во время Пражской весны советские танки раздавили его автомобиль, и искавший возмещения материального убытка в размере 1889 долларов, неожиданно добился своего. Суд Квебека постановил опечатать хоккейное снаряжение советской команды до уплаты денег», — рассказывал Федор Раззаков в своей книге.
Если бы не вмешательство одного из главных руководителей сборной Канады Алана Иглсона, первый матч Суперсерия действительно оказался бы под угрозой. Но известный функционер лично уладил этот вопрос и выписал озлобившемуся эмигранту чек, выплатив всю сумму из собственных сбережений. Так Иглсон обеспечил проведение одного из самых легендарных событий в истории мирового хоккея.