Контроль над ядерным оружием

Дипломат в отставке, эксперт по вопросам нераспространения, разоружения и контроля над вооружениями Борис Бондарев в издании «The Moscow Times» пишет:

«Качественное развитие систем ядерного оружия (ЯО) иногда называется «вертикальным распространением» в отличие от «горизонтального» – распространения ЯО между другими странами и появления новых ядерных держав. Несмотря на то: что при вертикальном распространении новых обладателей ЯО не появляется, само совершенствование такого оружия и средств его доставки – повышение точности, снижение уязвимости средств доставки перед системами ПВО-ПРО и т. п. – так же подвергают давлению хрупкую ткань режима нераспространения ЯО, поскольку вынуждают вероятных противников включаться в эту гонку.

Новые системы управления ядерными арсеналами, в том числе с использованием элементов искусственного интеллекта несут в себе дополнительные риски непреднамеренного использования ЯО из-за ошибки оператора или компьютерного сбоя. В связи с этим в последние годы было выдвинуто немало инициатив по снижению ядерных рисков. Все они, однако, были рождены в эпоху, когда ядерные государства еще поддерживали между собой нормальный деловой диалог.

Сегодня климат в области международной безопасности не способствует конструктивной работе. Главным и очевидным виновником этого является режим Путина, использующий угрозы ядерного оружия в качестве, по сути, единственного заслуживающего внимания аргумента в отстаивании своих позиций. «Приостановка» выполнения Договора 2010 г. о сокращении стратегических наступательных вооружений (ДСНВ) стала последним камнем, запущенным в стеклянное здание международной архитектуры контроля над вооружениями, разоружения и нераспространения (КВРН). С большой долей уверенности можно считать, что к 2026 г., когда ДСНВ истечет, никакого нового договора ему на смену не появится.

Это означает, что привычная нам система КВРН, обеспечивавшая определенный уровень стабильности и предсказуемости, остается в прошлом. С уходом ДСНВ в мире больше не будет никаких институтов, налагающих на ядерные державы конкретные качественные и количественные обязательства».