Добавить в корзинуПозвонить
Найти в Дзене

Военврач дрейфовал в открытом море без припасов больше месяца. И выжил

Военному врачу Павлу Ересько было 26 лет, когда он в составе бригады морской пехоты в 1942 году оборонял Севастополь. В начале июля под натиском врага началась эвакуация наших войск, которую трудно назвать организованной. Кольцо вокруг мыса Херсонес сжималось, и многие бойцы уходили морем на любых мало-мальски пригодных плавсредствах. Павлу и ещё троим красноармейцам удалось раздобыть шлюпку, в которой они отчалили от берега в ночь на 3 июля. Группа намеревалась пройти вдоль берега и причалить в районе Балаклавы. Но палки вместо вёсел и плащ-палатка вместо паруса были плохими помощниками. Течение уносило шлюпку в открытое море, а возможности и сил сопротивляться ему не было. Прихваченные припасы (три банки консервов и фляжка ржавой воды) закончились к концу третьего дня плавания. Ересько дал команду не двигаться и не разговаривать, чтобы не тратить энергию. Надежда была только на спасение каким-нибудь проплывающим мимо судном, но море было пустынным. Спутники Павла – Александр Михайлов

Военному врачу Павлу Ересько было 26 лет, когда он в составе бригады морской пехоты в 1942 году оборонял Севастополь. В начале июля под натиском врага началась эвакуация наших войск, которую трудно назвать организованной. Кольцо вокруг мыса Херсонес сжималось, и многие бойцы уходили морем на любых мало-мальски пригодных плавсредствах.

Павлу и ещё троим красноармейцам удалось раздобыть шлюпку, в которой они отчалили от берега в ночь на 3 июля. Группа намеревалась пройти вдоль берега и причалить в районе Балаклавы. Но палки вместо вёсел и плащ-палатка вместо паруса были плохими помощниками. Течение уносило шлюпку в открытое море, а возможности и сил сопротивляться ему не было.

Прихваченные припасы (три банки консервов и фляжка ржавой воды) закончились к концу третьего дня плавания. Ересько дал команду не двигаться и не разговаривать, чтобы не тратить энергию. Надежда была только на спасение каким-нибудь проплывающим мимо судном, но море было пустынным.

Спутники Павла – Александр Михайлов, Семён Попов и Александр Потамошнев один за другим умерли в течение 30-ти дней плавания. Изредка оставшегося в живых военврача выручали небольшие дожди, дававшие немного пресной воды. Но этого было мало и его стали покидать последние силы. Павла мучили галлюцинации и всё усиливающееся желание утопиться.

9 августа, на 37-й день плавания, шлюпку увидели с борта турецкого парохода. Ересько спасли, но отнеслись к нему с опаской, так как Турция в то время была союзницей Германии. Павла передали в лагерь для интернированных граждан, и на Родину он попал только в конце 1944 года. После проверки ему вручили медаль «За оборону Севастополя» и разрешили вернуться домой. По понятным причинам о своих злоключениях Ересько не распространялся. Рассказал об этом случае широкой общественности только в 1960 году писатель Василь Кучер в книге «Плещут холодные волны».

Подписывайтесь на наш канал, и мы с удовольствием поведаем или напомним Вам о многих героях и выдающихся личностях Отечества. Кстати, в нашем архиве уже скопилось немало интересных публикаций.