Продолжение
А Лариса и Виктор по-прежнему надеялись, что со временем все как-нибудь наладится. Но надежда таяла с каждым днём…
Так прошло года три. Лариса продолжала вкладывать деньги в обустройство и дачи, и квартиры Татьяны Петровны, втайне надеясь, что когда-нибудь они с Витей станут полновластными хозяевами. Но этим надеждам, увы, не суждено было сбыться… Когда квартира свекрови была полностью отремонтирована и обставлена, когда дача превратилась в игрушечку, Татьяна Петровна тоном, не терпящим возражений, сказала остолбеневшей Ларисе, чтобы та убиралась, откуда пришла. Что никаких ее денег здесь нет и не было. А если и есть, то самая малость.
Сказать, что Лариса была ошарашена и оскорблена - ничего не сказать… Особенно ее обидело молчание мужа - Виктора. Он прятал глаза и мямлил, что, дескать, маме виднее. Вот этого предательства Лариса стерпеть не могла! Она, как была, в халате, выбежала на улицу, задыхаясь от обиды.
Дело было летом, на даче, когда Лариса, собрав урожай яблок, пришла на веранду и хотела отдохнуть. Тут-то к ней и подошла Татьяна Петровна. Подошла, чтобы выгнать. Выгнать с дачи, в которую Лариса вложила столько труда и сил! Которую полностью преобразила на свои деньги. Выгнать из квартиры, в которую Лариса тоже не слабо вложилась. Выгнать из жизни - своей и своего сына.
Лариса бежала по улице, не разбирая дороги, и захлебывалась от жгучих слез! Ладно свекровь! Она всегда ее люто ненавидела! Но он, ее Виктор! Как он мог! Как он мог, ее муж, так подло предать ее! Второй раз!! Это уже - второй раз!! Никогда и ни за что она больше не придёт к ним, пропади они пропадом, сволочи!
И все-таки один раз пришлось им встретиться… Ларисе, несмотря на всю ее гордость, понадобились кое-какие вещи и документы, оставленные ею на даче. Она, прекрасно зная, что и Татьяна Петровна, и сынок ее, Витюша, бесхребетный слизняк, сейчас на даче, подъехала и смело вошла в дом. Молча, не глядя на бывшую свекровь, которая разве что зубами не скрипела, Лариса, не торопясь, собрала все, что ей было нужно, и после этого повернулась к бывшей родственнице.
«Какая же вы, мамаша, дрянь! Жестокая, расчётливая, подлая дрянь! Вы же своему сыну всю жизнь искалечили!»
После этого Лариса, так же не торопясь, вышла из дома. С удовольствием представляя, как бывшая свекровушка взбесится от ее слов. Как она и предполагала, Виктор даже не показался. Трус. Спрятался в одной из комнат. Соседи поговаривали, что он опять начал прикладываться к рюмке. Впрочем, это теперь не ее головная боль.
Все это мне рассказала сама Лариса. Она очень тяжело переживала предательство Виктора. Со временем боль и обида немного утихли. Лариса разделила их общий бизнес, и постаралась загрузить себя работой по максимуму. Я поддерживала ее, как могла, стараясь лишний раз не касаться этой больной и горькой темы. Лара трудилась, не жалея себя, впрочем, по-другому она не умела. Прошло достаточно много времени, прежде чем она стала опять улыбаться и шутить.
Как и следовало ожидать, ее дела вскоре пошли в гору.
А вот у Виктора дела шли не так хорошо. Все чаще его видели нетрезвым, помятым. В конце концов, он закрыл палатку, продал остатки товара и ушёл с рынка. Куда - ни я, ни Лариса не интересовались, хотя очень хотелось узнать. А Лариса вскоре купила ещё один павильон, выдала дочку замуж и готовилась стать бабушкой. Она снова стала той прежней Ларисой, которую мы все знали и любили.
А через какое-то время я устроилась на другую работу, и наше общение с Ларисой стало потихоньку сходить на нет. Новые знакомые, новые проблемы. Все реже и реже мы стали созваниваться, и через какое-то время общение совсем прекратилось.
А недавно я встретила Виктора. Ехала с дачи на электричке и уже в Москве на платформе увидела его. Он сильно похудел и заметно постарел. Помятый, небритый, с потухшим взглядом и опущенной головой. Он стоял на платформе и что-то искал в карманах. Внезапно он поднял голову, и наши глаза встретились. Минуту мы смотрели друг на друга. Он узнал меня. Я поняла это по его взгляду. В нем появилась такая безысходность и отчаяние, такая боль, что я отвела глаза. Он узнал меня - меня, свидетельницу их любви и его предательства. Долго ещё я вспоминала этот взгляд, и мне было очень жаль, что Виктор не смог - или не захотел? - защитить свою любовь. Я почти уверена, что он проклинал себя за свое предательство. А ведь все могло бы сложиться иначе, счастливо…если бы…
