26 апреля, среда
Я пыталась проснуться по будильнику на рассвет, но ничего не вышло. Точнее рассвет я всё же немного застала, потому что включился на полную громкость другой будильник - птичий хор. Его уже не выключишь одним нажатием. Интересный такой хор, многие голоса я просто никогда не слышала. И благодаря нему я успела выглянуть одним глазом из палатки и увидеть солнце, поднимающееся через тонкую слабоокрашенную полоску на горизонте в серый слой облаков, затянувший всё небо. Меня это не вдохновило, пора признать, что рассветы - не моё. Вот закаты - моя огромная любовь. В общем я уснула дальше почти до 9 утра. Ночью неприятным фактом оказалось то, что меня прохолаживает снизу от земли. При том, что кроме новой двухслойной пенки я сплю ещё и на слое изолона. Разные комбинации спальник-утеплитель эту проблему не решили. Может повлияло то, что моя палатка стоит на скальном камне с небольшим слоем земли. Но раньше и на снегу было всё в порядке с одной только двухслойной пенкой... Не могу понять причины. Следующей ночью просуну под пенку дождевик в качестве дополнительного теплоотражателя.
На завтрак подогревала на горелке гречку с куриными чипсами, залитую на ночь водой для разбухания. Две вещи о которых я пожалела, что не взяла - сандалии в качестве сменной обуви и контейнер-тарелку. Не категорично, но очень неудобно без них. Завершал завтрак сваренный кофе (а должен был начать), чьим запахом пропиталась изнутри палатка. Я вышла с почти полной кружкой наружу, устроившись на камнях и любуясь на прощанье шикарными пейзажами с моей чудесной стоянки на вершине Усьвинских столбов.
При сборе палатки заметила на берёзе, растущей к моему месту ночёвки вплотную, две тоненькие дырочки в стволе рядом друг с другом, из которых стекал по стволу берёзовый сок. Какой он вкусный и сладкий! Дырочки явно были сделаны местными обитателями, скорее всего птицами. Стоянка древнего человека завершается, пора выдвигаться на камень Панорамный. Обратно я пойду уже не здесь.
Тропа понятная, снег, утрамбованный снегоходами, не проваливается ниже уровня подошвы горных ботинок, редко по щиколотку проваливается пятка. По снегу идти даже лучше, потому что не грязно и ногами не надо перешагивать все ряды сучков и небольшие буреломы, оставшиеся от расчистки тропы. Теперь понимаю, почему тропу позиционируют как зимнюю. Для лета это не совсем тропа: много торчащий сучков и спилов деревьев, кустарников - стволов толщиной от нескольких миллиметров до десятков сантиметров. Когда это всё зарастёт травой, очень легко случайно воткнуть любой такой сучок себе в ногу. Но если зарастает не сильно, то пройти будет норм. Мне главное, что на данный момент ещё точно нет клещей, потому что я уже где только не походила, не найдя ни одного, и что есть понятное широкое размеченное направление. Дважды я всё равно застревала.
Один раз в начале пути, когда тропа вышла к началу заросшего поля: походив туда-сюда минут 5-10 я, наконец, заметила прямой узкий отворот под 90 градусов от крайней красной отметки на высокой берёзе влево. Он быстро вывел на вырубленное широкое направление без разметки до противоположного конца заросшего поля, где направление соединялось с грунтовой дорогой и указателями.
Второй раз я и вовсе ушла куда-то не туда, выйдя по грунтовой дороге на перпендикулярную сетку прорытых сквозь лес основательных траншей гусеничным транспортом, ставшими мягкой грязью. Разметка снова исчезла, на карте не было поворотов на 90 градусов, поэтому я просто шла прямо по грязевому замесу, замечая, что двигаюсь вдоль Усьвы, но постепенно спускаюсь вниз. Так и закончилась моя траншея, когда спуск стал совсем резким. Я подозревала, что иду где-то не там, но других вариантов у меня не было.
Надо мной раскричались два сокола, даже как будто из-за меня. Я вернулась чуть-чуть выше, и выбрав по карте северо-восточное направление вдоль Усьвы, повернула на перпендикулярную траншею, по которой полетел передо мной с криками сокол. Траншея также благополучно закончилась, но я пошла дальше за неё траверсом по склону, по которому должна была упереться либо в свою тропу, либо в маленькую речку, впадающую в Усьву в районе Панорамного камня, если каким-то чудом я не замечу тропу. Лес после зимы очень чистый, в меру просторный, мне даже понравилось так роскошно гулять. Метров через 200-300 я как раз вышла перпендикулярно к своей тропе - грунтовой дороге с меньшим замесом грязи и с разметкой. Не зря карту распечатала перед отъездом. В крайнем случае я морально была готова переночевать где придётся, а завтра двигать обратно также как пришла сюда. Лес приятный и комфортный, воду достать было бы возможно.
Дорога существенно забирала вниз, и чем больше забирала, тем шире и глубже становился поток стекающей по ней талой воды. Я шла вдоль по лесу, но вскоре появился отворот на финишный участок километра 1,5 (всего сегодня путь 7 км), выводящий вырубленной самостоятельной тропой к камню Панорамный, к самой открытой его обзорной площадке, где я однозначно решила ночевать: костровище есть, панорамный вид тем более. На поляну к скале Большое бревно и за водой из речки Поворотный лог я схожу просто погулять налегке, но сначала ставить палатку и пить чай.
На последнем привале меня подогнал в путь накрапывающий дождик. По прогнозу уже давно должно было вовсю поливать до ночи, но мне как-то везло. Сейчас же начавшиеся порывы ветра говорили о том, что дождик хочет вернуться. Я успела поставить палатку, а пока кипятила и пила чай, так и случилось, что вновь проморосил дождь. И в общем-то всё, больше он так и не беспокоил, что просто восхитительно.
Взяв с собой обед и пустую пятилитровку, я отправилась вниз через обзорные площадки Панорамного камня. Когда выходила из леса на поле с примятой сошедшим снегом прошлогодней травой, красивейшими пушистыми ёлочками, своей любимой усьвинской скалой Большое бревно, я была в полнейшем восторге и млела от удовольствия, слушая усилившийся птичий гомон. Я так обожаю весну в лесу и в горах, так сильно полюбила её с прошлого года, когда уехала на 2 недели на Иремель. С одной стороны такой замерший после зимы простор с ледяным дыханием от воды, и чем ближе к воде, тем холоднее: по берегам ещё лежит снег. С другой стороны это такой живой мир! Очень много наполовину распустившейся вербы, первой зелёной дымки на некоторых деревьях, микролистики манжетки, изредка пробивающейся сквозь мягкие поля сена, громкое журчанье извилистой речки Поворотный лог, длинное объемное эхо от скалы, с которой можно поговорить, немеренное количество птиц, мне даже встретился дважды зайчик - всё это такая ностальгия по Иремелю. Тут очень сказочное место и очень на него похожее всем состоянием природы.
Я пообедала в беседке, наблюдала и слушала природу сидя на лавочках, набирала воду, гуляла по мягкому полю и старалась максимально наполниться, надышаться этой кульминацией моего трёхдневного похода. Даже как-то грустно. Долго я не смогу здесь быть, очень уж холодно без шапки. Смотрю на воду, скорость которой порядка 15 км/ч и радуюсь тому, что я здесь пешком. Сплавы для меня отныне - это только летняя история. Насколько тепло и комфортно в лесу и как выхолаживает здесь у быстрой воды со снегом и редкими плывущими льдинами. Здесь тёплый южный ветер ощущается северным. Ещё день-два и на реку приедут сплавщики в традиционные первопраздничные выходные мая, наполнив реку шествиями катамаранов в таком количестве, в каком машины ездят по Компросу в городе. С прошлого сезона здесь ещё никто не стоял, есть только один сильно подтаявший след на снегу, наверное, от рыбака-лодочника, костровища все не тронуты после зимы. Как же я удачно оказалась здесь именно тогда, когда никого нет, даже на моторках сегодня никто не шумит. Идеальное состояние созерцания в уединении.
Обратно шла не спеша, фотографировалась с берёзой, в которую влюбилась с первого взгляда, она была такая невероятно гладкая, ровная и очень белая. Пока фотографировала, за камерой передо мной пробежал очень близко зайчик, похоже всё тот же, которого я спугнула пока шла сюда через поле с ёлочками, - серый с белым.
Лес на склоне вдоль подъёма очень отличается от Столбов. Здесь много мха, вышли разветвленные стебельки с микропочками листьев голубики (или черники?), ровные красивые деревья, красивые россыпи опавших еловых шишек на тропе. Подъём очень пологий и сухой, быстрый, здесь нет никакого льда или снега, только глубоко в лесу маленькими островками. Ощущение опрятности и уютной сказочности.
Вокруг стоянки я набрала дрова, привела в порядок костровище, перемыла два ужина, которые частично испортились из-за треснувших и раздавленных яиц. Варить их всмятку было ошибкой, впредь только вкрутую, если мне снова не захочется носить тяжелые консервы.
После мойки и трапезы остатками выжившего ужина в компании божьих коровок, я на костре вскипятила лишь чай и стала ждать когда это всё затухнет. Были сильные порывы ветра, отчего опасно мотыляло огонь, рассеивающий ковром так много искр и неконтролируемо раскидывающий как будто внезапно переевшее пламя, что я напрягалась всем свои вниманием как бы чего не загорелось лишнего, даже несмотря на то, что я отгребла от костровища до голой земли вообще всё достаточно далеко. Лес идеально сухой, костры разжигаются с одного чирка зажигалкой, море прошлогодней листвы ковром. Пожароопасный сезон - он и в Свердловской области, и в Пермском крае пожароопасный. Я не готова так напряженно сосредотачиваться и переживать из-за каждого порыва ветра. Кроме костра в периоды ветряного затишья во мне проявлялось всё чётче вроде бы совершенно безосновательное, но явное чувство тревоги. "Иди за свитком и свисти, нечего напрягаться лишний раз" - говорил мне мой внутренний голос, и я шла за свистком и свистела при малейший признаках тревожности.
Когда угли окончательно дотлели, я ушла на соседний скальный выступ с идеей просто посидеть полюбоваться красотой двух рек (Усьва и извилистый Поворотный лог), двух скал (Панорамная и Большое бревно) и холмистых лесов до горизонта, чтобы просто расслабиться. Тут ещё впервые за день начали чуть-чуть расходиться облака, открывая белый месяц, ещё светлое голубое небо и перистые облака легкой ватой, окрашенные закатом в бледно-нежные оттенки розового, сиреневого, фиолетового.
С полчаса-час я смотрела на это волшебное представление в конце дня пока не начало темнеть и облака не приобрели более тоскливый цвет. В лесу что-то выстрелило, не рядом со мной, но и не сильно далеко, примерно на моей высоте от реки. Охотники? Ещё пара-тройка выстрелов. Хм, но в сумерках охотники не должны стрелять, видимости нет толком, да и сезон запрещённый. Вроде, звук похож в том числе на хлопок большого падающего дерева. Снова выстрел-хлопок. Но дерево не падает несколько раз, вставая и начиная заново. Звери? Эта теория мою логику устроила больше всего. Возможно кто-то из них развлекается с сухими деревьями. Напрягает, что так близко, но сейчас я в своей уютной Нарнии, вход в которую только по узкой тропе сквозь ветви ёлок. Внутренний напряг быстро спал, пока я продолжала наблюдать сумеречные уральские пейзажи. Порывы ветра исчезли, остались только лёгкие тёплые касания ветра, шуршащие тихонько кронами.
Я вернулась к палатке, отбросила мысли о новой попытке разведения костра. Лучше пусть все эти заготовки останутся следующим туристам, однажды всё равно кто-нибудь из таких же разведчиков новых троп, как я, придёт сюда ночевать. Я долго писала дневники с набросками этого текста в палатке и постепенно улеглась спать в надежде проспать до утра моно-сном.
Перед сном я ещё вышла наружу до Нарнии глянуть на небо, стало сильно темней, ветер совсем утих. На небе ярко светил месяц вместе с одной только Большой медведицей по центру неба, всё остальное укрыла ровная пелена высоких облаков. После такого сказочного подарка на ночь теперь точно спать.
Предыдущий день ||| Следующий день