Синопсис
Во времена величайших испытаний человечества, когда от каждого действия зависят жизни любимых, два заклятых врага начнут свое противостояние.
Оказавшись в плену, вчерашний курсант Ивушкин планирует дерзкий побег. Он собирает свой экипаж и на легендарной «тридцатьчетверке» бросает вызов немецким танковым асам во главе с Ягером.
Ради своей любви и Родины он готов идти до конца.
Жанр: приключенческий экшн-блокбастер
Производство: «Марс Медиа», телеканал «Россия 1», «АМЕДИА Продакшн» при участии Студии «ТРИТЭ» Никиты Михалкова, при поддержке Фонда кино, Россия, 2018 год
Продюсеры: Рубен Дишдишян, Антон Златопольский, Леонард Блаватник, Нелли Яралова при участии Никиты Михалкова и Леонида Верещагина
Режиссер и автор сценария: Алексей Сидоров
Оператор-постановщик: Михаил Милашин
Художник-постановщик: Константин Пахотин
Художник по костюмам:Ульяна Полянская
Художник по гриму:Ирина Ляшко
Композиторы: Вадим Маевский, Александр Туркунов, Иван Бурляев, Дмитрий Носков
Звукорежиссер: Алексей Самоделко
В ролях: Александр Петров, Ирина Старшенбаум, Винценц Кифер, Виктор Добронравов, Антон Богданов, Юрий Борисов, Семен Трескунов, Артем Быстров, Микаэл Джанибекян и др.
Факты о фильме
· Фильм снимался 60 смен с февраля 2016 г. по июль 2017 г.
· Съемки проходили в Москве, Подмосковье, Калужской области (в районе деревни Нефедово) и в Чехии, в городах Локет и Терезин.
· Декорация села строилась с нуля. Старые срубы были куплены в Псковской и Тверской областях, где их разбирали, потом перевозили на место съемок и собирали заново. Крыши, наличники и резьбу частично закупали, но большую часть специально изготавливали.
· Референсами при возведении села для художника-постановщика Константина Пахотина служили архивные фотографии и письменные документальные свидетельства.
· Концентрационный лагерь снимали в чешском Терезине на территории реального бывшего концлагеря, ныне превращенного в Музей Гетто.
· В фильме задействованы исторические рабочие модели танков Т-34-76 и Т-34-85, а также качественные копии немецких танков. Также на экране можно увидеть исторические немецкие паровозы с аутентичными вагонами.
· Все сцены внутри танков снимались в кабинах настоящих боевых машин, где операторской группе удавалось разместить до 5 камер.
· Актеры научились управлять танком, наводить, заряжать снаряды и т.д. Также из-за ограниченности пространства внутри кабины исполнителям главных ролей приходилось самим поправлять свет, корректировать грим, хлопать хлопушкой.
· Большинство танковых маневров (проезд под наклоном, крутые развороты и т.д.) актеры выполняли самостоятельно, предварительно пройдя подготовку на базе «Мосфильма». Виктору Добронравову иногда приходилось проводить за рычагами танка по 12 часов.
· Виктор Добронравов, готовясь к роли белоруса, много читал, смотрел белорусское ТВ и видеоролики, чтобы усвоить мелодику речи.
· Ирине Старшенбаум, играющей роль девушки-переводчика, потребовалось за месяц освоить фонетику немецкого языка. Во время съемок актрисе практически каждый день приходилось учить большой объем текста на немецком.
· Военными консультантами картины являются Михаил Барятинский, ведущий историк бронетехники Второй мировой войны, журналист, и Кевин Фаррелл, полковник армии США, директор компании Battlefield Leadership, консультант фильма «Ярость» (2014).
· Основным консультантом художника по костюмам Ульяны Полянской выступал ассистент по военному костюму Дмитрий Крупенников. Костюмы для фильма отшивали, брали в аренду на отечественных и европейских студиях, а также скупали на блошиных рынках. Так, пиджаки героев Ирины Старшенбаум и Александра Петрова – исторические; на советской и европейской гражданской массовке в основном винтажные вещи военного периода. Вся одежда проходила через фактуровочный цех, где вещи при необходимости старили, грязнили и т.п.
· В массовых сценах участвовало в общей сложности около 600 человек.
· Над визуальными эффектами работали более 200 специалистов (студии Film Direction FX, Trehmer, PostModern, KinoPost, Sci-FX, Spatial Harmonics и множество небольших компаний и художников) под управлением компании ALGOUS STUDIO.
· Общий объем графики – около 800 планов с визуальными эффектами, начиная от самых простых, с затирками элементов современности, заканчивая FULL CG, то есть планами, полностью сгенерированными на компьютере.
АЛЕКСЕЙ СИДОРОВ
РЕЖИССЕР И АВТОР СЦЕНАРИЯ
О военном кино и легенде в основе фильма
Я вырос на великой культуре нашего военного кино. И это всегда драма, трагедия. Так оно и есть – война. В какой-то момент, уже начав работать над сценарием, я подумал: в конце концов мы в этой войне победили!.. Во время нее было много легендарных, волшебных и необычных историй, и этот фильм как раз о такой волшебной истории и рассказывает. Это не угрюмый и тяжелый военный фильм, это картина, которую мог бы снять Джек Лондон, если бы снимал кино о великой войне.
Фильм основан на военной легенде: когда наши освободили танковый полигон в Германии, были найдены свидетельства, что немцы использовали наших танкистов во время маневров как живые мишени. Об этом была написана пьеса и снят фильм «Жаворонок», который вдохновил меня. Я помню, когда я посмотрел его впервые. Мне было 12 лет, и я горько рыдал, когда нашего танкиста убили в конце… Я, видимо, захотел восстановить историческую справедливость. Мне кажется, совершенно не обязательно военному фильму быть мрачным и трагичным по интонации. Да, это война. Да, это смерть. В каждой семье есть погибшие. Но в этой войне мы – победили. И это важно!
О дани уважения
Есть хорошая книга Артема Драбкина «Я дрался на Т-34», в ней собраны воспоминания танкистов. Это были настоящие камикадзе. В первый год войны, если я не ошибаюсь, танк больше трех атак не переживал. Люди горели заживо… Все, что мы делали с актерами, все, что делал я, – все было нацелено на то, чтобы отдать дань уважения этим танкистам. И мне было интересно заставить зрителей ощутить те обстоятельства, в которых оказались наши герои.
О неподдельной энергии и аутентичности
Мы должны были снимать зиму в самый разгар военных действий под Москвой. Но на второй день наступила оттепель, ушел весь снег. И нам приходилось всю нашу декорацию, деревню, а это несколько сот кв м, задувать снегом. Мы тонули по пояс в грязи, в танки садились. Мы сами, всей группой, прошли военную рутину. Поэтому энергия, которая есть в фильме, – она неподдельная.
Конечно, судить в первую очередь зрителю, но так детально никто не подходил к сьемкам в России, это точно на 100%! Да и не только в России: консультант, который делал фильм «Ярость», утверждает, что никогда не встречался с подобной разработкой. Мы очень много времени посвятили тому, чтобы было документально и подробно! Разумеется, это кино, и там есть художественные преувеличения, но с хроникальной точки зрения все аутентично.
АЛЕКСАНДР ПЕТРОВ
«ИВУШКИН»
О герое
Моего героя зовут Николай Ивушкин, он танкист. Окончил танковое училище, попал на фронт. И, как многие тогда, оказался в таких обстоятельствах, когда нужно максимально проявить знания, смекалку, силу духа. Понятно, что без героизма, каких-то сверхусилий и, может быть, даже чудесных вещей не выполнить то задание, которое перед ним поставили… Классный у меня персонаж получился, мне кажется. Хороший такой, честный парень, добрый, жесткий, но справедливый. Он не идеален, но он – живой! Таких парней много в России.
Тогда люди выживали и делали все для этого и для того, чтобы защитить Родину, семью. Было действительно страшно, хотя просто сказать слово «страшно» язык не поворачивается. Ни я, никто другой сегодня реально не знает, каково тогда было людям. Дай бог, никогда и не узнает! В целом, когда я играю, я просто знаю, что делаю, и понимаю, что в то время люди по-другому смотрели на мир.
О противостоянии Ивушкина и Ягера
Ивушкина и Ягера судьба сводит таким отчасти чудесным образом. Можно найти очень много разных смыслов в их встрече и противостоянии. Эти образы и их соперничество – это не просто столкновение характеров, шире – это столкновение стран, народов, идеологий и так далее.
О теме любви в фильме и об Ирине Старшенбаум
Одна из самых важных тем фильма, безусловно, это любовь. Благодаря этому чувству в Ивушкине вдруг возникает ощущение надежды, и все силы мобилизуются в организме, он снова готов на все. Аня вдохновляет его. Если бы она не появилась, еще непонятно, как закончилась бы история, решился бы Ивушкин на побег.
Ира была полноценным членом экипажа, мы с ней сняли много сцен внутри танка. Она вела себя не как девочка, а как полноправный боец – все сама! Сама забиралась на танк, царапалась, набивала синяки. Мы предлагали ей помощь, но она отказывалась.
О режиссере Алексее Сидорове
Я очень благодарен Леше Сидорову за то, что он доверил такой масштаб и такой объем роли и работы. Мне очень нравится с ним сотрудничать, он очень честный. Он обращает огромное внимание на детали и нюансы, связанные с реалистичностью. Каждый раз перед большой сценой мы собирались в палаточке и все прорабатывали. Я мог пересказать все схемы боев: кто, откуда, в какой момент, куда попадает снаряд, как на него реагируют. Настолько подробно Леша все нам объяснял! Чертил, рассказывал – мы понимали абсолютно все, что происходит в момент боя.
О съемках в танке
Побывать в настоящем танке – это вообще мечта с детства. Если бы мне в детстве сказали, что я смогу это осуществить, я бы, наверное, сначала не поверил, а потом очень бы обрадовался! Некоторые люди платят сумасшедшие деньги, чтобы просто прокатиться на танке. В общем, это классно!
Раньше в мире никто не снимал в реальном танке. Никогда! Если только маленькие эпизоды. А вот так что бы снимать два боя по 30 минут экранного времени в реальном танке, с 5-ю камерами, установленными внутри, и с Витей Добронравовым, который сам ведет этот танк без дублера, и с другими актерами-членами экипажа – такого еще не было. Я вот говорю сейчас, и мурашки бегут! Груз ответственности был огромный. Что мы испытывали в этом танке… Во время перестановок ты никуда не выходишь, сидишь внутри, нюхаешь соляру, весь в грязи, в масле, оцарапанный, иногда кровь идет... В какой-то момент ты вообще забываешь, что это кино. Ты уже понимаешь, как надевать шлем, чтобы тебе не прилетело, где держать ноги, когда башня поворачивается, за что хвататься можно, а за что нельзя… Сумасшедшие ощущения! Когда танк встает на одну гусеницу и проезжает по бровке, разворот на скорости – ведь Витя Добронравов это делал сам! И мы все в это время находились в танке! Глотки у всех были сорваны в первый же день: от рева мотора ничего не слышно. Все те фильмы, в которых танкисты разговаривают спокойным голосом… Надо было ребятам сесть в реальный танк и попробовать так поговорить.
Когда кругом взрывалась пиротехника, все было задымлено, ничего не видно и не слышно – это ни с чем не сравнимо. В какие-то моменты становилось дико страшно. И ты в рамках персонажа должен был сам ориентироваться в ситуации. Но жаловаться на что-то, мне кажется, грех, ведь, если представить, каково было людям, которые реально через все это проходили… Возникает чувство долга перед этими пацанами, ребятами нашего возраста и младше, которые каждый день смотрели в лицо смерти и не знали, где их ждет гибель. И сравнивать, что тебе тяжело, потому что у тебя ушко замерзло или ты поранился, дыма надышался?! Да ну и что! Когда посидели в танке, многое пришлось переосмыслить и прочувствовать. Это меняет сознание и отношение к жизни, к человеку и ко времени. Такие фильмы очень важны. Я уверен, что «Т-34» оставит большой след в истории кино и будет очень нужным для зрителей.
О работе в Чехии
В Чехии иногда происходила какая-то такая штука, особенно в ночные смены, когда ты устал, и работают уже резервные системы твоего организма, и ты смотришь вокруг и понимаешь, что как будто находишься во сне, и все, что с тобой происходит, нереально. Как будто дотронешься, и все эти маленькие чешские городки исчезнут. Это очень круто и красиво. Я сначала не понимал, как мы будем снимать в Чехии: как управляться с танками на этих маленьких улочках?! Это казалось чем-то нереальным. Но группа, в том числе чешская команда, сработала супер профессионально.
О чем фильм
Фильм о человеческой душе, о любви, о настоящих чувствах, о дружбе. О том подлинном, чего, мне кажется, в нашей жизни не хватает. И все это в совокупности с современным экшном. И этого нельзя бояться, сейчас XXI век. Не надо снимать кино, как снимали 50 лет назад. Новые технологии позволяют делать сумасшедшие вещи, чтобы усиливать зрительское восприятие. Это современный, большой фильм!
ВИКТОР ДОБРОНРАВОВ
«ВАСИЛЕНОК»
О сценарии
Таких сценариев мало – с таким масштабом, такой точностью, с такими детально прорисованными характерами. Это меня подкупило, конечно. И потом, мне кажется, любой артист мечтает сняться в большой военной картине.
О герое и об Ивушкине
Героя моего зовут Степан Савельевич Василенок, он механик–водитель, белорус. Добродушный, очень ответственный, цельный, мощный. Он такой «папка» для своих ребят. Когда на смену их погибшему командиру приходит Ивушкин, молодой лейтенант, он их всех воодушевляет, будит в них, уставших, немного погасших, патриотический дух. Он фанатично верит в то, что делает. Верит в танк, в себя, и вообще в победу. И под его командованием они совершают невозможное.
О подготовке к роли и об управлении танком
Готовясь к роли, я смотрел белорусское телевидение и видео в сети, чтобы привыкнуть к мелодике речи. Учился управлять танком, это была задача режиссера. Было весело и интересно. Сначала вообще сомневались, что мне дадут даже посидеть за рычагами. Потом я вроде вошел в доверие, показал, что у меня получается. В итоге иногда я рулил по 12 часов. Камеры были закреплены внутри танка, лишний раз подлезть туда было сложно, так что мы сами все делали. Даже работали хлопушкой. Танк был хоть и старый, но восстановленный. За ним следят. Конечно, он мог не завестись, или какая-то передача могла не воткнуться, но это были мелкие проблемы.
Физически было непросто. Под конец смены, когда шел переодеваться, порой понимал, что шатаюсь от усталости, а в остальном было очень легко и приятно. Наверное, потому, что занимаешься любимым делом.
О режиссере Алексее Сидорове
Леша – удивительный человек. Очень тонкий, вникающий в детали. Этот сценарий он долго писал и переписывал. Самое клевое, что ты чувствуешь себя соавтором: ты что-то предлагаешь, Леша что-то берет, что-то – нет, но вы вместе все продумываете. Когда закончился проект, у меня даже было чувство, что я не знаю, как дальше жить – без этого мира, без этого сценария?
Сейчас режиссеры нечасто заморачиваются следить за логикой. А Леша очень много времени уделяет логическим вещам. Это стопроцентное погружение в материал: общение между экипажем, мир военный, мир танков. То, что мы рискнули снимать так, как снимали, – делая все на живой машине, сами заряжая, сами управляя танком, – это впервые в кинематографе, это наша большая победа.
О чем фильм
Помимо того, что кино – настоящий экшн, оно еще и очень красивое. И, надеюсь, картина будет иметь связь с тем советским кинематографом, на котором мы выросли. С картинами, снятыми с большой болью по отношению к этой страшной войне. Мне кажется, очень важно сделать кино именно без разрыва связей. Очень русское кино, без оглядки на какие-то западные стандарты. Еще важна душа. Кино может быть масштабным, но главное – сохранить душу. Я думаю, что «Т-34» будет очень масштабным и очень русским кино.
АНТОН БОГДАНОВ
«ВОЛЧОК»
О попадании в проект
У меня сложная история попадания в проект. Я читал много драфтов сценария, на кастинг попал чуть ли не за год до съемок. Сначала готовился к роли Василенка, мои белорусские друзья помогали мне с акцентом и т.д., но на эту роль я не прошел. Потом меня звали на роль парня-украинца, потом на Ивушкина... Видимо, я так понравился Леше Сидорову, что он просто придумывал мне роль.
О герое и его прототипе, об экипаже
Мой герой – наводчик, раньше он дрался на Т-34-76, а в этих танках наводчики были командирами. То есть раньше он был командиром. Зовут его Демьян Волчков. Это имя я взял себе сам, потому что так зовут моего сына. Будет для него сюрприз, когда он придет в кино. Отчество ни разу не звучит, но для себя я выбрал «Михайлович» – в честь моего деда-фронтовика. Такой вот я месседж поколений решил заложить. Вообще, в этом образе я очень похож на деда. Он умер, когда мне было 7 лет, но я его настолько хорошо помню! Я ношу медальон с его фотографией, дома под стеклом висят все его снимки, ордена, медали, я знаю, за что он их получил. Он – человек героический: вытащил с поля боя 40 раненых солдат, доставлял боеприпасы под шквальным огнем. Когда мы начали снимать, то режиссер мне сказал, что мой персонаж – простой уральский парень, некий охотник. Мне это было не очень понятно, потому что я городской. Поэтому я выбрал в качестве прототипа деда.
Мой Волчок – борзый, колючий, такой мухамористый немного, но при этом он очень компанейский, добропорядочный по отношению к своему экипажу. И я действительно был влюблен в свой экипаж. Я как-то сказал парням, что с нашим экипажем мы бы пару лет в войну точно прожили. Может, это звучит немного пафосно и трагично, но такие были чувства. У нас была очень крутая команда! В башне (танка – прим.) была какая-то особая химия, другой мир. Мы очень тонко чувствовали друг друга.
О подготовке к роли и о танках
В рамках подготовки мы все худели для роли. Все-таки по сюжету мы находимся в концлагере. Я себя огородил от тусовок и развлечений, занимался внутренней подготовкой: правильные книги, правильная музыка, правильные фильмы. С танком близко знакомились уже в процессе съемок, в перерывах тренировались. Сначала больше выполняли режиссерскую задачу, а потом уже делали все на автомате.
Самые непростые моменты на съемках, конечно, связаны с танком, было тяжело. Мы отыгрывали удары внутри танка, было такое, что и носы с головами разбивали. Все было по-настоящему. Это были не только адреналин и веселье, но и адский труд.
О режиссере Алексее Сидорове
Мне с ним работалось очень комфортно! Есть творческие люди с напыщенностью, а с Алексеем очень легко общаться даже вне площадки. Я в принципе привык общаться с поколением чуть старше меня, я очень быстро нахожу с ними общий язык. С Алексеем получилось как-то так же. Он – уникальный режиссер, который всегда слышит твое предложение, но, если оно не совсем правильное в конкретной ситуации, то он может объяснить, почему. Но из-за этой его отзывчивости и любви к актерам, думаю, его ждал такой сложный монтаж! Потому что мы всегда просили еще и еще дубль, а он не отказывал.
О чем фильм
Зачастую это может быть ошибкой – стремиться вызвать у зрителя ностальгию. Ведь в кино ходит огромный пласт молодых ребят, которым иногда и вспомнить пока нечего. Им может быть по 14 лет, и они даже своих прадедов не застали. Нужно рассказывать им про то, как было. Есть такое выражение: «было, как вы видите в кино, только еще страшнее». Молодой зритель должен знать, что это – история его страны, тяжелая, трагичная история. Что ты должен делать все, чтобы такое не повторилось. Как люди, про которых ты посмотрел, в свою очередь, сделали все, чтобы это закончилось. Те, у кого в семье есть фронтовики, могут отдать дань уважения. И для этого необязательно должно быть 9 мая. Такие фильмы должны мотивировать людей узнавать больше про историю своей семьи.
ЮРИЙ БОРИСОВ
«СЕРАФИМ»
О герое
Моего героя зовут Серафим Ионов. Он очень чистый, прозрачный человек. Таким его и задумывали. Он всем очень хочет помочь, потому что не понимает, какая от него может быть польза. Все, что можно сделать, он делает. В этом его суть. Он такая духовная составляющая танка. Так как он загоняет все эти снаряды, по идее он должен быть сильным, а он совершенно не такой. Тогда почему Ивушкин взял его в команду?.. Мы решили, потому, что у них произошел некий внутренний союз, когда они встретились.
Мой персонаж гнусавит. Если Волчок – такой уральский парень, воплощение природы и здоровья, Ионов – воплощение города и болезненности. Я подумал, что у него должна быть какая-нибудь хроническая болезнь. Так придумалось, что он гнусавит. Каждый день с утра я вставлял себе в нос два ватных тампона. Сначала это была просто вата, но она очень сильно натирает. Было очень неудобно, это была серьезная сложность. Еще Серафим единственный оказался в танке без шлема, и я постоянно ударялся…
О съемках в танке
Фильм уникален тем, что мы снимались в настоящем танке! Зритель сможет наблюдать за реальными людьми в реальном танке – как все устроено, как работает. Я заряжал, Саша командовал, Антон крутил башню и стрелял, Витя сидел за рулем. Однажды мы ездили под Rammstein и AC/DC, нам поставили в танк колонку, потому что Леша сказал, что не хватает градуса… Мы добивались правды, и, надеюсь, она будет передаваться с экрана.
О режиссере Алексее Сидорове
Ни один из режиссеров, с которыми я работал до этого, так не заботился о моей роли как Леша. Мы брали сцену, разбирали ее и, когда мне, например, казалось, что тут моему персонажу ничего не надо делать, что он вроде должен быть в этой сцене по фонам, Леша говорил, что нужно что-то обязательно придумать, иначе персонаж не раскрывается. И придумывать нужно мне. Он постоянно напоминал, что в каждой сцене мы должны думать о своем персонаже, находить, в чем он проявляется.
Леша нас всех собрал так, что, живя на площадке и общаясь, мы все больше и больше становились той самой командой. Очень интересно было наблюдать, как это раскрывается – как четыре совершенно разных человека превращаются в экипаж.
ИРИНА СТАРШЕНБАУМ
«АНЯ»
О героине и женщинах на войне
Мою героиню зовут Анна Ярцева, ей 22 года. Она заключенная в концлагере, остарбайтер, работает на немецких солдат. Переводит то, что они просят, с русского на немецкий и наоборот. Мы придумали, что она из Пскова. Живы ли ее родители она не знает, но верит в это. Вера – это все, что было у людей в то время, в том числе у моей героини.
Женщина на войне – неподъемная, тяжелая тема, о которой нужно помнить, нужно разговаривать. Я очень рада, что мы снимаем такое важное кино. Каждый раз, когда мы работали над какой-то сильной сценой, где нужно было напрячь силы, я задумывалась – для кого мы это делаем и о ком. Что эти люди чувствовали и что следует донести до другого поколения. Эту боль утраты, смирение, силу воли и множество других качеств, которыми обладали те люди.
О теме любви в фильме
Анна с Ивушкиным полюбили друг друга. Тогда все искали какую-то мотивацию, вдохновение. И Ивушкину Анна нужна была как никому. Увидев ее, он понял, сколько сложностей нужно побороть, чтобы просто быть с этой девушкой, и как человек, который не привык проигрывать, он осознает, что ему интереснее и важнее как раз такая любовь, через тернии. На чужой земле Анна постоянно находилась в состоянии страха и боли, и, когда она увидела экипаж во главе с Ивушкиным, она почувствовала в них своих ребят, у нее возникло по отношению к ним чувство семьи. Конечно, она готова была бежать с ними хоть на край света.
О подготовке к роли
Для роли мне надо было немного похудеть, потому что до этого у меня была роль, для которой я наоборот специально поднабрала. Я прочитала много книг, смотрела фильмы. Очень щепетильная тема и, когда начинаешь в нее сильно погружаться, очень больно становится, что люди могли дожить до такого ада на земле… Еще мне пришлось в достаточно экстренном формате выучить немецкий, азы по крайней мере. Сильно заранее начать уроки было нельзя, так как мы какое-то время ждали текст на немецком. И у меня было очень много занятий в сжатые сроки, за месяц с лишним до съемок. Думала, сойду с ума (Смеется). Тем не менее, это классное чувство, ты будто вступаешь в новый мир. Языки для меня – это здорово и интересно. На съемках мне иногда в режиме онлайн за день говорили: «Смотри, вот такая огромная сцена» (Смеется). Конечно, я очень нервничала, но приходилось с горем пополам учить. Со мной работали коучи, переводчики. Плюс на площадке было много прекрасных немцев, которых можно было подслушать, подсмотреть за ними что-то. Произношение было на слуху, я его впитывала. Мне кажется, общими усилиями все получилось.
О танках
Честно говоря, ожидала, что танк внутри будет побольше. 4 человека умещаются с горем пополам. Поэтому у нас не было никаких операторов, звукорежиссеров. Вообще, танк – это отдельное пространство. Вот есть земля, огонь, вода, воздух, а есть танк (Смеется). Когда ты исследуешь танк, у тебя масса новых ощущений. Это с одной стороны интересно, в то же время – страшно, ведь в танках в военное время ничего толком не слышно, не видно, не понятно. Не знаю, что испытывали люди. Наверное, по большому счету, садясь в машину, они понимали, что едут на смерть. Только счастливчики выходили из танков... Про таких как раз и снято наше кино.
О режиссере Алексее Сидорове
Алексей все время держит всех в тонусе в хорошем смысле, что мне очень нравится. Он следит за деталями, ему очень важны объяснения, мотивация персонажей, вообще – логика происходящего. Алексей любит детали из мира изобразительного искусства, из философии, любит обживать сцены этими деталями, добавляя правдоподобие. Это подчеркивает интеллект режиссера. В нем в принципе много правильной энергии. Было очень приятно работать с ним и быть единственной девушкой из героев на площадке. Ко мне было особенное отношение (Смеется). Хотя Алексей ко всем актерам относится как к своим детям. Чувствуешь себя в семье.