73 год до н.э.
Средиземноморье
Получив командование в войне с царем Понта Митридатом (правил в 120-63 гг. до н.э.) (смотри публикацию «Преция – госпожа Рима») Луций Лициний Лукулл с вновь набранным легионом отправился на восток. По дороге он присоединил к себе два легиона покойного Гая Фимбрия, воины которых были обученные, опытные, храбрые, но крайне распущенные и разбалованные роскошью и грабежами. В короткое время Лукулл навёл у них порядок и с войском в 30.000 пехоты и около 1600 (вар.: 2.500) всадников двинулся через Фригию к Халкедону.
У селения Офрия во Фригии дорогу Лукуллу перекрыли отряды понтийского царя, которыми командовал «марианец» Марк Варий. Когда оба войска выстроились друг против друга, вмешалась природа. Неожиданно с неба упало и пронеслось между выстроившимися войсками большое огненное тело, по своему виду оно более всего походило на бочку, а по цвету – на расплавленное серебро (= болид). Оба войска, напуганные зрелищем, разошлись без боя.
Допрос захваченных пленных, и информация от Луция Магия (смотри публикацию «Начало Третьей войны с Митридатом из Понта»), который тайно сносился с Лукуллом из ставки царя, показали, что в лагере царя Митридата запасов продовольствия надолго не хватит. Этим Лукулл и решил воспользоваться.
Тем временем, царь Митридат, к которому на помощь подошли отряды мидян и армян, присланные ему царем Тиграном Армянским (зятем царя Митридата, правил в 95-55 гг. до н.э.), зная, что у него в тылу действует Лукулл, решил захватить Кизик. Он рассчитывал, что это не составит труда, так город потерял много своих воинов, которые убыли для обороны Халкедона.
Снявшись ночью из своих лагерей под Халкедоном, Митридат быстрым маршем провёл свою армию к горе Адрастия, что у Кизика, и осадил город. С суши Кизик был окружён десятью военными лагерями царя, с моря его блокировал царский флот. Жители Кизика всё же решили сражаться. Но их сильно тревожило то, что они не знали, будет ли помощь от Лукулла городу или нет. И тут в Кизик пробрался Демонакт, посланец военачальника Понта Архелая, который предал своего царя, и сообщил, что Лукулл идёт на выручку городу. Ему не поверили. Вскоре это известие подтвердил мальчик, сбежавший из плена в город. На вопрос, что он слышал в лагере царя про Лукулла, мальчик протянул руку и показал место, где находился лагерь Лукулла в тылу царских войск. Это придало горожанам и защитникам города уверенности.
Лукулл же отрезал войско Митридата от снабжения, расположив на единственном пути к Кизику свой военный лагерь. Небольшой отряд римских воинов по приказу Лукулла по водам Даскилийского озера проплыл на лодках в Кизик и сообщил, что римляне пришли к ним на помощь.
Тем временем воины царя обнесли гавань города двойной стеной, окружили рвами остальные части Кизика, возвели много насыпей, выстроили много осадных машин, башен и «черепах» для таранов, воздвигли осадную башню в сто локтей (примерно 50 метров), с которой поднималась вторая башня с катапультами, бросавшая в город камни и другие метательные снаряды. Всей этой осадной техникой заведовал фессалиец Никонид. Еще одну осадную башню установили на две пентеры, связанные между собой, которые ввели в гавань города. С неё сбрасывался мост на укрепления Кизика.
Когда всё было готово к штурму Кизика, царь велел подвезти на кораблях к городу 3.000 пленных кизикцев, чтобы они уговорили своих сограждан сдаться и тем самым сохранить им жизнь. На что командующий обороной Кизика Писистрат ответил, что раз они сдались в плен, то теперь пусть принимают то, что заслужили.
Убедившись, что горожане Кизика капитулировать не намерены, Митридат дал команду начинать штурм. Пентеры с башней придвинулись к городской стене, и с башни на стену был переброшен мост, по которому перебежали четыре воина. Кизикцы опешили вначале, но так как у атакующих произошла какая-то заминка и за этой четвёркой никто сразу не последовал, защитники сбросил эту четвёрку со стены, и забросали огнём и смолой башню и пентеры. Их экипажам пришлось срочно выводить свои пентеры с башней из боя.
Штурм со стороны суши оказался особенно опасным. Защитники, перебегая с места на место, едва успевали отражать наиболее опасные атаки врага.
В таранах царской армии они камнями разбивали бревна. Петлями отклоняли в сторону эти тараны, или же шерстяными плетенками ослабляли силу их удара. Зажигательные метательные снаряды они заливали водой и уксусом. Под обычные метательные снаряды подставляли вороха одежды и ненатянутые куски материй и тем самым гасили их полет.
Несмотря на искусство защитников к вечеру часть городской стены была сожжена и упала. Но наступившая темнота не дала возможности какому-либо подразделению из войск Митридата прорваться через горящие развалины, а за ночь кизикцы восстановили стену.
На рассвете сама природа решила помочь осаждённым. Неожиданно налетел южный штормовой ветер, который свалил осадную башню в 100 локтей высотой и повредил многие из осадных машин. Штурм этого дня пришлось отменить.
Раздосадованный царь велел вести подкоп под стены города от горы Диндим. К этому времени стало ясно, что продовольствия явно не хватает, что в лагере осаждающих появились случаи людоедства, к тому же наступила зима, что лишило возможности подвозить продовольствие морем.
И тогда Митридат решил избавить лагерь от лишних едоков. Он отослал в Вифинию всю свою конницу, обоз и наименее боеспособную часть пехоты. Когда об этом узнал Лукулл, он пустился в погоню за уходившими со своей конницей и десятью когортами. При этом римляне угодили в снежную бурю, из-за которой часть их воинов выбились из сил и отстали. Но и с теми, кто остался Лукулл настиг на реке Риндак врага и устлал берега реки у города Аполлония трупами царских воинов. В плен к римлянам попали 15.000 вражеских воинов. В качестве трофея достались 6.000 лошадей.
Разумеется, этих пленников Лукулл провёл мимо лагеря царя, расположенного под Кизиком.
Тем временем в лагере царя Митридата от неубранных мертвецов, которые погибли от голода, началась эпидемия. А тут ещё защитники Кизика обрушили царский подкоп под город и в очередной раз подожгли его осадные машины. И тогда царь принял решение снять осаду с Кизика. Войско отправил сухопутным путем в город Лампсак, а сам морем отправился в Парос. В Эгейское море отправил флот Аристоника, чьи корабли везли десять тысяч золотых монет.
На реке Граник (вар.: Эсеп) Лукулл перехватил отряды царя, идущие к Лампсаку, и разгромил. 20.00 воинов царя пали на поле брани, множество попало в плен.
Понятно, с каким восторгом встречали жители Кизика Лукулла, когда тот со своими легионами вступал в город. В честь Лукулла в Кизике даже был учрежден праздник, который местные жители назвали «Лукуллии».
Пока шла осада Кизика Эвмах, полководец Митридата, прошёл огнём и мечом по всей Фригии, убил многих римлян с их детьми и женами. В ходе этого похода подчинил власти Митридата писидов, исавров, Киликию, но был перехвачен на марше Дейотаром, тетрархом Галатии, и разбит.
Что означало "гражданство" в древнем полисе (хоть в Афинах, хоть в том же Кизике)? То, что во всех других полисах в твоём лице оказывали уважение твоему городу, то что ты мог и обязан был принимать участие в общественных делах полиса от выборов до сбора средств на военную кампанию или постройку кораблей для флота, а так же то, что с оружием в руках должен был при необходимости защищать стены и интересы своего полиса вне его. Вот что в те времена означало быть гражданином.
(Источники: Аппиан, Веллей Патеркул, Евтропий, Плутарх, Тит Ливий).