В первые месяцы после украинского государственного переворота 2014 года многие не решались пользоваться этим термином в определении случившегося
Даже когда началась "АТО", сознание некоторых из нас продолжало цепляться за надежду, что украинский народ не допустит продолжения этого безумия и не допустит окончательного скатывания страны в пропасть нацизма.
Наша инфантильная привычка выдавать желаемое за действительность не позволяла многих из нас видеть весь масштаб постигшей нашу страну катастрофы. Мы продолжали верить, что в нашей мирной и такой культурной и цивилизованной Украине кровавые бани, подобные тем, через которые уже прошла значительная часть распадавшегося, точнее разваливавшегося СССР, были невозможны.
Точно так же в Чили, перед фашистским переворотом Пиночета 1973 года, люди не верили в возможность кровавого путча, сами себя уверяя, что в отличие от соседних стран, их родина – особый случай, латиноамериканская Швейцария, где граждане, имея самые разные и даже противоположные политические убеждения, всегда сумеют мирно договориться и никогда не смогут стрелять друг в друга.
Помню, как мы ждали того, что страна проснется от навязанного ей кошмара, случится обязательное спасительное чудо и она вновь превратится в ту Украину, которую мы знаем и любим, и которую даже столько раз критиковали за низкую социальную активность и гражданское безразличие к политке.
Но просыпаться пришлось нам.
И произошло это в пятницу, 2 мая 2014 года, когда в центре одного из самых прекрасных ее городов, на глазах у всех и без спасительного вмешательства власти, граждан, мира, прессы, остатков нашего человеколюбия, произошло церемониальное сожжение на медленном огне десятков ее жителей и вместе с ними – наших последних иллюзий.
2 мая 2014 года в Одессе стало точкой невозврата. Вместе с людьми в Доме Профсоюзов сожжена возможность возвращения к мирной, уютной и хлебосольной Украине, которой больше не будет.
Правящий в ней режим потерял право называться правительством, а вся его символика превратилась в метку ненависти и безумия. Помню, как в этот день я подумал, или скорее даже почувствовал, что теперь эта власть заслуживает свержения любыми методами, и чем скорее это произойдет, тем станет лучше для всех.
И еще – сразу стало понятно, что никакого расследования не будет.
Бывшая столица юмора, Одесса была всегда местом встречи разных миров, культур и традиций, лучшей школой искусства оставаться собой и договариваться. Вместе с людьми было сожжено именно это.
Можем быть, нацистский киевский режим понимал, что именно от подобных характеристик той другой, нашей, настоящей Украины, для него исходит самая большая угроза.
Вообще, Одесса является для правительства Зеленского опасным символом во множестве смыслов одновременно. Город встречи и братского сосуществования разных культур, место сплава воедино старой русское военной и государственной истории с украинской народной культурой, порт, открытый всем ветрам, мечтам и идеям, важнейший центр создание нашего кино, литературы, музыки и поэзии.
Победа над нашей культурой просто немыслима без уничтожения бунтарского и ироничного духа Одессы.
После президентского периода военного преступника Петра Порошенко, у власти Зеленского и его пёстрой тусовочной команды несколько лет был прекрасный повод показать, чьи они слуги. И власть опять с этим отлично справилась.
Девять лет "расследования" оказались девятью годами надругательства над памятью жертв. Отсутствие приговора - приговор власти.
Это преступление - не "глупость", и даже не просто жестокость. Это плановый урок террора всем нам. Пусть сегодня кто-то объяснит близким погибших разницу между нацистами и националистами.
Без сожжения людей в Доме Профсоюзов 2 мая 2014 года было бы невозможно сегодняшнее разрушение памятников и памяти по всей Украине и превращение русского города Одессы в порт-призрак, с плавающими напротив его пляжей минами. Превращение сотен тысяч отравленных пропагандой молодых украинцев в пушечное мясо тоже было бы невозможно.
Именно в этот день многим из нас стало понятно, что Украиной правит режим, несовместимый с человеческой жизнью, что любые переговоры с ним бесполезны, и что без ликвидации банды, засевшей на Банковой, мира не будет.
Тем более, что эта банда - местный филиал крупнейшей в мире преступной организации, возглавляемой правительством Соединенных Штатов Америки.
В эти дни памяти жертв Одессы, очень хочется верить, что мероприятие по ликвидации банды будет поведено до конца. Никто не собирается сжигать виновных; пусть они просто предстанут перед судом, пусть весь мир услышит их имена и увидит их лица.
Пусть по справедливому приговору их навсегда изолируют от человечества, которое обязательно победит в этой смертельной войне против смерти.