Анастасия Панина
Ее крупная слеза, сползающая по щеке в момент поднятия флага СССР после золота третьей Олимпиады в 1980 году — едва ли не главный символ отечественных спортивных побед XX века. Почему на самом деле плакала Ирина Роднина — материале РИА Новости Спорт.
Отдельная часть карьеры Родниной — взаимоотношения с тренерами и партнерами. В спорте это почти всегда драма — скандалы, измены и предательства. Все кажется острым и смертельно обидным, а главное, действительно может быть фатальным для того, кто остался один. Потому что в одиночку в парном катании не добиться ничего, если даже ты сама Роднина.
В общем, понятно, каким болезненным был для Ирины уход ее первого партнера Алексея Уланова в 1972 году. Выиграно все — Европа, мир и Олимпиада. Впереди безоблачное будущее, слава и почет. Но Уланов вместо этого встал в пару с любимой женой и по совместительству главной соперницей Родниной/Уланова — Людмилой Смирновой. Следующий чемпионат СССР олимпийская чемпионка Роднина смотрела с трибун. И вряд ли могла представить, какая блестящая судьба ее ждет дальше. И как за нее придется побороться.
Тренер Станислав Жук довольно быстро подобрал ей нового партнера. Звезде (по всем титулам и отношению публики) надо было "выкатывать" перворазрядника Александра Зайцева. Но он быстро показал и техническую подготовку, и гораздо более сговорчивый нрав, чем у Уланова. Им с Родниной было одновременно трудно и легко.
Ирине было важно доказать, что она лучшая в мире, а бывший партнер непоправимо ошибся. Александр хотел убедиться, что он сам по себе ценная единица в паре, и показать всему миру, что не просто так стоит рядом с Родниной.
Первый же приятный реванш случился меньше чем через год тренировок на чемпионате Европы. Новоявленная пара сенсационно обошла тех самых Смирнову/Уланова, и вряд ли кто-то верил в этот успех так же сильно, как сама Ирина Роднина.
На фоне того, как благополучно складывались отношения с Зайцевым (пара поженилась, затем у них появился ребенок), совсем разладился контакт с тренером. Станислав Жук был склонен к диктатуре и доминированию, а Роднина плохо переносила подобный стиль, особенно когда повзрослела.
В 1974 году Роднина/Зайцев перешли к Татьяне Тарасовой. Она тогда была молодым тренером, так что в лице пары такого уровня получила большой аванс. И работа закипела!
Тарасова, к ее чести, не стала делать то, что еще называется "выехать на старом багаже". Она работала с фигуристами и над техническим совершенством, и над новым имиджем.
Перед Олимпиадой-1980 в прессе разыгралась кампания, направленная на дискредитацию Родниной и Зайцева. Американские журналисты обвиняли их в использовании запрещенных элементов — в частности, претензии были к одной поддержке с хватом за бедро. Дело дошло до того, что звучали требования устроить паре пресс-конференцию с покаянием, но до реализации этой бредовой идеи дело не дошло.
Несмотря ни на что, в 30 лет Ирине Родниной в паре с Александром Зайцевым снова не было равных на Олимпиаде. Этим выстраданным заслуженным золотом она установила планку для лучших фигуристов на многие десятилетия. И на пьедестале пустила ту самую знаменитую слезинку.
В книге, которая даже называется "Слеза чемпионки", Роднина так объяснила эмоции в тот момент:
“Меня до сих пор спрашивают: чего это я тогда так расчувствовалась? Да, конечно, гордость за страну. Разумеется, сильнейшая нервная разрядка после изнурительной борьбы. Но еще и огромное облегчение от того, что все позади, с фигурным катанием покончено и я наконец свободна”.