Вечером пришла Алёна. Радостная, с четырьмя пакетами еды и подарков.
— Вот, это два пакета с едой – там всякая вкуснятина. А эти два пакета с подарками: я купила тебе короткую юбочку и вот такой топик, нравится?
Я обняла подругу.
— А вот это подарки для Васьки. Марат сам выбирал. Тебе Толик звонил?
— Нет.
— Марат ему сказал, что готов дать денег, только если он оставит все свои текущие проекты и займется твоим. Ты ему очень понравилась! – довольно сообщила подруга.
— Ему просто стало меня жалко. Кто откажется погладить красивую, побитую собаку с глазами полными слез?
— Прекращай себя жалеть! – крикнула Алёна. – Подумаешь, муж бросил. Да так ему и надо!
— Расскажи о себе, - я решила поменять тему, - что там у вас?
— Боюсь сглазить! Тьфу-тьфу-тьфу! Какой у нас был потрясающий секс, мммм!
Я вздохнула и не сдержалась. Опять расплакалась.
— Маш, ты прекратишь реветь? – хмуро спросила Алёна.
— Он меня уже не любит, - сквозь рыдания произнесла я.
— Он тебя никогда и не любил, - заметила подруга.
— Любил. Он так любил, что меня это даже пугало. А сейчас сидит такой спокойный, уравновешенный и говорит мне: «Все, что не делается – делается к лучшему!»
— Кто он? – не поняла Алёна.
— Ва-ня! – по слогам крикнула я.
— Ах, Ва-ня, - так же по слогам повторила подруга, - ну и какое интересно нам дело до Ва-ни?
— Ни-ка-ко-го, - продолжала реветь я.
— Раз ни-ка-ко-го, то давай успокойся и настройся на фильм. Ты очень скоро станешь знаменитой писательницей и сценаристом. Вместо того чтобы рыдать – сядь и напиши сценарии на все свои романы. А я уж поработаю над тем, чтобы они превратились в фильмы.
— Просто я кое-что поняла, - успокоившись, заявила я.
— Что же?
— Он мне нужен.
— Не выдумывай. И не морочь голову ни ему, ни себе.
— Он мне нужен! – повторила я.
— Хорошо, давай сядем и все серьезно обсудим. – Алёна взяла меня за руку и повела на кухню. Она заварила чай, разлила в чашки, отрезала по куску «Наполеона» и начала свою проповедь:
— У него семья: красивая жена, маленькая доченька. Ты, непонятно почему, вдруг вообразила, что он тебе нужен. Завтра ты придешь на работу, зайдешь к нему в кабинет, скажешь, что любишь его и кинешься в его в объятия. Как ты думаешь, что будет дальше?
— Дальше он скажет: прости, Маша, но я очень люблю свою жену, - потухшим голосом произнесла я.
— Такое говорят только в сказках! Ни один мужчина в реальной жизни так не ответит.
— И как же он ответит?
— Есть два варианта, - засмеялась Алёна.
— У тебя на все два варианта, - я тоже засмеялась, - говори, какие.
— Первый и самый распространенный: он тебя обнимет и скажет: Любовь моя, как же долго я ждал от тебя этих слов! Отныне ты – часть меня. Потом закроет кабинет на ключ, посадит тебя на стол, и вы займетесь потрясающим сексом.
— Понятно. Давай второй вариант.
— Второй вариант довольно редкий, но тоже случается: он тебя обнимет и скажет: Любовь моя, как же долго я ждал от тебя этих слов! Отныне ты – часть меня. Потом закроет кабинет на ключ, посадит тебя на стол, и вы займетесь потрясающим сексом.
Я удивленно смотрела на Алёну:
— У тебя пластинку заело? В чем разница?
— А разница только в том, что первый вариант – это ложь, и он предлагает тебе быть его любовницей. А второй вариант – правда. И он уходит от жены. Какой вариант тебе больше нравится?
Я задумалась.
— Вот именно. Зная тебя, как облупленную, могу предположить, что тебе не нравится ни тот, ни другой вариант.
Я вздохнула:
— Так и есть.
— А все почему? – никак не могла успокоиться Алёна, - все потому, что ты очень правильная.
— Нет, Алён. Тут ты ошибаешься. Я могу, и более того, я бы очень хотела заняться с ним сексом на его столе, - тихонько проговорила я. – Но...
Алёна, услышав такое из моих уст, чуть не выронила чашку из рук:
— Чего-чего?
— Прекрати! Чего ты меня в монашки записала? Почему ты думаешь, что я не хочу секса?
Алёна рассмеялась:
— Тогда что тебе мешает осуществить это?
— Тут опять два твоих варианта, - смущенно улыбнулась я.
— Уже не моих, а твоих, - поправила меня Алёна.
— Первый вариант: вдруг мне не понравится?
— И что?
— Я опять сделаю ему больно.
— Думай о себе! – крикнула подруга.
— Не могу. Человек мне помог. Вдруг вся эта любовь, которую я себе вообразила, только мираж. И когда он дотронется до моих губ мне будет противно... как тогда, когда мы были еще совсем юные... Представь себе, как ему будет обидно!
— А второй вариант?
— Еще хуже. Вдруг этого не захочет он.
— Захочет, - уверенно сказала подруга.
— Ты не знаешь. Он мне сказал, что ровно через год, как он приехал в Москву он встретил женщину, которую полюбил намного сильней, чем меня. И что он сейчас очень счастлив...
— Так и сказал?
— Да.
— Тогда тебе лучше выкинуть его из головы и сесть за сценарии.
— Я хочу его.
— О, Боже, я этого не вынесу! – закричала Алёна. – Хочешь – борись за него. Все! Это все, что я могу тебе сказать!
Всю ночь я не спала и думала, что мне делать.
Я точно знала, что хочу быть с Ваней. Это не мог быть мираж. Я не переставала думать о нем. Представляла себе нашу семью. Он, я, Вася и Машенька. Да-да, я даже мечтала стать матерью для Машеньки. Нет, я была уверена, что это любовь.
Только вот почему я так резко поменяла свое отношение к нему?
Потому что он не обращает на меня никакого внимания?
Или потому, что я действительно только сейчас, повзрослев, смогла рассмотреть и оценить этого человека?
В среду утром я постучалась к нему в кабинет.
— Иван Сергеевич, - сказала я, - можно к вам?
— Да, конечно, проходи. Что-то случилось?
Я закрыла за собой двери:
— Нет-нет. Вы, то есть ты, просто обещал мне принести испанско-русский словарь...
— Ах, да. Забыл, Машенька. Столько дел. Вылетело из головы. Прости. В пятницу принесу, хорошо?
Я кивнула.
— Что-то еще?
Я замотала головой, что нет.
— Тогда иди, работай.