Рассказывает известная баскетболистка.
В 2010 году известная российская баскетболистка Анна Архипова, чемпионка Европы и призер Олимпийских игр и чемпионата мира, а также вдова известного баскетбольного менеджера Шабтая Калмановича, дала большое интервью «СЭ» в рамках рубрики «Разговор по пятницам» Юрию Голышаку и Александру Кружкову. В материале ниже – воспоминания Анны о том, как был убит ее супруг.
- После смерти мужа все счета были заморожены?
- Разумеется.
- У вас оставались только деньги, которые держали на карманные расходы?
- Почти ничего не было. Я влезла в долги.
- В автомобиле вашего мужа было полтора миллиона долларов. Они достались вам?
- Не было там никаких денег. С чего вы взяли?
- Писали, что водитель Петр Туманов прижимал к груди портфель с деньгами и отдать их согласился только родственникам.
- Да вранье все это, неужели вы не понимаете? Какие деньги, каким «родственникам»? Петя у меня и сейчас работает - можете с ним пообщаться. В больнице он мне сказал, зная про эти заметки: «Анна Валерьевна, я, получается, миллионер…» Шабтай имел при себе 50 тысяч рублей и вперемешку, как обычно бывало, шекели, мелкие евро, доллары. Все лежало в портфеле. Больше денег не было. Если даже были - я их не видела. Говорили, что у него в автомобиле хранилось и оружие.
- Не было?
- В багажнике могло лежать разве что подарочное духовое ружье, которое стреляло цветными шариками. Упаковка и впрямь красивая. Я ведь спрашивала у следователя: «Вот слухи про деньги…» - «Да ничего не было!» Не помню, отдали мне 50 тысяч или нет. Не важно. Портфель, телефоны и личные вещи точно не вернули, пока держат в интересах следствия.
- А машина?
- «Мерседес» вернули, пытаемся его отремонтировать. Не представляю, насколько это возможно. Я к нему даже не подходила.
- Водитель серьезно пострадал?
- Пете сделали операцию, он был нетрудоспособен. Я поддерживала его до той поры, пока не восстановился. В прошлом месяце начал работать в клубе. Я Пете безумно благодарна.
- За что?
- До последней секунды боролся за жизнь Шабтая. После того как врезался в столбы, выскочил на дорогу - стал тормозить машины, расставив руки. Мимо проезжала «скорая». Побежали к Шабтаю, говорят: «Ему уже не помочь. Что с тобой?» - «Все нормально». А у Пети - прострелена спина. Отнялась рука, но он не понимал, что с ним происходит. Состояние аффекта.
- Как вы обо всем узнали?
- Ох, это кошмар… Всю субботу мы провели вместе, великолепный день. В воскресенье с утра, как обычно, съездил в баню, потом отправился с друзьями на обед. Я вечером с девочками 1998 года должна была ехать на турнир в Старый Оскол. Взяла с собой сыновей. Шабтай всегда нас провожал и встречал. Больше двух дней не выдерживал и приезжал, где бы мы ни находились. Я с командой поехала на электричке из Видного, на Павелецком вокзале Шабтай ждал около вагона. Замерз страшно. Показывает: «Вот, купил на вокзале перчатки за сто рублей…» Он никогда не носил шапок - так и стоял на ветру. С шутками-прибаутками загрузил нас в поезд.
- О чем говорил?
- Спрашивал: «Что, хуже поезда не было?» - «Этот самый лучший». Послал водителя в аптеку, тот купил нам кучу лекарств. Настроение было чудесное. Вечером еще двадцать раз звонил.
- О трагедии услышали в Старом Осколе?
- Приехали рано утром - звонок от него пропустила. Уже в гостинице, едва зашла в номер, звонок по внутреннему телефону. Хватаю трубку - Шабтай: «Почему не берешь мобильный?!» Он должен был улететь из Москвы, но ему назначили важную встречу. Отменил полет.
- Куда собирался?
- В Венгрию. Еще планировал заехать в мюнхенскую клинику, где семь лет назад оперировал сердце. Игра у меня была в понедельник вечером, днем уложила сыновей спать. В это время выключаю телефон - а тут Сашка почему-то проснулся. Он сидел, смотрел мультик, Гриша еще спал. Телефон замигал, Шабтай. Обычный разговор: «После игры набери. Ни пуха». Я положила трубку и отправилась на матч. Выиграли три очка. Вдруг говорят - зайди в тренерскую. Там наливают валерьянки, - я думала, шутят. Игра-то тяжелая. Я выпила… Это сложно рассказывать…
- Кто-то решился?
- Сказали прямо в лицо: «Ань, Шабтая расстреляли». Я сперва ничего не понимала. Что они несут?! Схватила мобильный, звоню ему - телефон отключен. Дальше - на автопилоте. Было около семи часов вечера, я думала: надо покормить мальчиков, команду. Пошли в кафе - я сидела как во сне. Кто-то звонил: «Сейчас приедет машина, тебя заберут, там-то будет самолет». В гостинице собрала вещи. Включила телевизор, а там девятичасовые новости. Где все показали.
- Вы это смотрели?
- Я не могла поверить, думала: может, все подстроено? Может, Шабтай опять какую-то постановку затеял? Девочки остались доигрывать турнир, а я ночью добралась на машине до Белгорода, туда за мной и мальчиками прислали самолет. Наутро пришла в офис. Там было столько людей! Многих видела в первый раз. Приехала Лиат, мы таскались по этим пробкам. Потом не выдержали, спустились в метро. А телефон разрывается: «Аня, без тебя не отдают тело, необходимо подписать документы». Следом звонят из морга: «Приезжайте, посмотрите, как галстук завязан…» К счастью, помогли друзья, сама я бы не выдержала. По еврейским законам пока человек не предан земле - душа его мучается. Но все-таки решили: люди должны попрощаться с Шабтаем. Видное - его дом, душа…
- Дети ничего не знали?
- Чувствовали - что-то стряслось. Потом каждый день спрашивали: «Где папа?» Я только и повторяла: «Папа уехал в командировку». - «Когда вернется? Почему не звонит? Где папочка?» Как будто ножом по сердцу. Я врала, врала, врала - и лишь в Израиле Гриша поехал со мной на кладбище. Думаю, Шабтай был рад увидеть сына. В тот день ничего детям не объясняла, но потом потихонечку начала.
- Как?
- «Папа весной приедет?» - «Нет» - «А летом? Осенью?» - «Нет. Папа улетел на небеса». Спрашивают: как это? Что-то придумываю: на крыльях, превратился в ангела. Лучше пусть узнают от меня, а то скажет кто-то, как мне недавно на границе. Женщина взяла паспорт: «Это не вашего мужа грохнули?» Я стою с двумя пацанами и слышу такое. Ужас.