Не белое пальто
Мы осваиваем новое убежище.
"Черное пальто" сборник малой прозы, в который,кроме новых, вошли рассказы Королевы русского хоррора, написанные в девяностых. Короткий обзор.
"Гигиена" словно бы написана о и для периода ковиднной самоизоляции, хотя на самом деле в 1990-м. Перед началом пандемии квартиры высотки обходит парень, который говорит, что переболел и предлагает помощь в доставке продуктов. В большинстве случаев его принимают за афериста, однако настораживаются и, заподозрив заражение дочери-внучки, принимают меры. Совершенно неадекватные, но это Людмила Петрушевская с ее людьми-недотыкомками. Потому будьте готовы ко впечатлению. сопоставимому с чтением Мамлеева.
"Новые робинзоны" интеллигентная семья спасается от грядущего апокалипсиса в заброшенной деревне ведением натурального хозяйства. Местные ненавидят их классовой ненавистью, что впрочем, не мешает подбрасывать горожанам младенцев. А те, от кого уходили, подъев городские припасы, приходят в очередной раз раскулачивать деревню. Но есть леса, велика Россия и отступать найдется куда. Такое чудаковское "Ложится мгла..." в максимально хардкорном исполнении.
"Черное пальто". Титульный рассказ, пожалуй, самый сильный в сборнике: молодая женщина обнаруживает себя стоящей на обочине ночной дороги в незнакомом месте, она не помнит, как сюда попала, на ней черное пальто с чужого плеча. Дальше страшно и жалостно. Про то, что жизнь стоит тог. чтобы жить.
Все рассказы из части "Чудо": "Два царства", "Дом с фонтаном", "Бог Посейдон" "Тень жизни", "Чудо", "В доме кто-то есть", "Новая душа", "Фонарик" - о чудесном возвращении жизни или о посмертии, в котором нет рая и ада , а есть куча промежуточных станций-состояний. Париж, в котором однако не становишься ни звездой, ни светской красавицей, ни счастливой возлюбленной, а ведешь покойную скучноватую обывательскую жизнь. В целом лучшую, чем здешняя. ("Два царства") Большой просторный дом у моря (Бог Посейдон") или дом в колониальном стиле с фонтаном ("Дом с фонтаном") во дворе. Или любящая душа находит прибежище в теле душевнобольного в чужой стране, а заботливое провидение находит способ привести туда любимую и дать утешение встречей ("Новая душа"). Или действительность, которая становится невыносимой и словно бы выдавливает из себя человека. внезапно позволяет сместить точку сборки и понять, как много у тебя есть ("Чудо", "В доме кто-то есть").
Тексты, объединенные частью "Черный пудель": "Случай в Сокольниках", "Рука", "Материнский привет", "Жена", "Новый район", "Черный пудель", "В маленьком доме", так или иначе о вмешательстве загробной жизни в дела живых. Чаще пугающей и грозной ("Рука"), несущей возмездие ("Случай в Сокольниках", "Черный пудель"). Иногда это бывает грустно ("Жена"), но случается, что обнадеживает, возвращает волю к жизни, соединяет одиноких людей ("В маленьком доме").
Петрушевская совсем не мой автор, но она замечательно талантлива и ее городские легенды не столько про "страшно", сколько про "подумать о чем-то, кроме".