С утра Аня и Зоя, отпущенные с работы соответственно мною и Виктором, куховарили из доставленных курьерами продуктов закуски. А Виктор сам смотался на служебной машине в Подмосковье за хорошей самогонкой. По его словам, место ему указал сам Буденный. На новоселье гости были те же, что и на свадьбе, только без маршала. По словам Абакумова, он сожалел о том, что пропускает очередную веселую компанию, но должность заставляет инспектировать части округа. Семену Михайловичу очень понравился наш простой свадебный междусобойчик.
Вообще, как оказалось, Буденный был весьма простым человеком и не любил обращаться в высоких сферах. При этом был компанейским человеком и без него, первое время, праздник даже как-то не клеился. Но потом градус веселья повысился, и Виктор вполне заменил нашего большезвездного тамаду.
В этот раз обошлись без гопака под баян, зато слушали принесенный Абакумовым патефон, от «Веселых ребят» и песен Утесова, до «Веселого ветра» и «Любимого города, который может спать спокойно», когда перешли на цыганский романс, народ созрел для зажигательных танцев. Ну а потом Виктор с Зоей, под общие аплодисменты, «сбацали» любимый будущим министром запрещенный «фокстрот». Закончился же вечер на все более переходящих в «минор» нотах танго. Сначала были бравурные «Брызги шампанского», потом «Рио-Рита», а после «Студенточки» и медленного хита «Утомленные солнцем», сложившиеся в танцах парочки стали расходиться. «Разошлись» и мы с Аней, убираться будем завтра.
В первый день следующей шестидневки на работе нас ожидал сюрприз. Наша каморка оказалась пустой, зато была записка от товарища Блюхера, который приглашал нас в новый кабинет. Оказалось, что маршал времени даром не терял и выбил у чекистов большой, соответствующий его званию кабинет, в котором располагался общий для нас длинный рабочий стол, с приставленными к нему в виде буквы «Т» столами для совещаний. А в углу, рядом с буфетом с видневшимися в нем стаканами, печеньем и сладостями, расположился небольшой столик для Ани, уже с установленной на нем печатной машинкой. В кабинете находились два старлея Красной армии Артем и Василий, прикомандированные к нам «для поручений».
Так что дальнейшая работа проходила следующим образом. Мы с Василием Константиновичем обсуждали статьи и придумывали, на основании каких соединений создать наш «инструмент контрблицкрига». Официально же соединение должно было называться «Конно-механизированная дивизия». Если нам нужны были какие-то справочные данные, то маршал диктовал Ане задание для порученцев и отправлял кого-то из них с секретной папкой в Генштаб, академию имени Фрунзе или штаб Московского округа. Так что про себя я их назвал «ходячей Википедией». Бегали ребята и за покупками. Особенно часто им приходилось обновлять сладости, которые незаметно уничтожала под стук пишущей машинки Аня. При чем, уничтожала такими темпами, что я всерьез стал беспокоиться за ее фигуру. В свободное от разгона время Артем и Василий отдыхали в креслах в дальнем углу кабинета или играли в шашки. Иногда отпрашиваясь по одному по своим делам. Особенно если маршал отправлялся к врачам. Несколько раз в день Василий Константинович устраивал общее чаепитие. И тогда Аня сервировала чай на столах для совещания и завязывались общие разговоры на военные темы. Иногда «на огонек» заглядывал и Абакумов, который не злоупотреблял своим положением курирующего проект от госбезопасности и появлялся в основном к столу. Так что опытный маршал Блюхер коротко и ненавязчиво за чаем рассказывал, как идут дела.
Основными же темами застольных разговоров были опыт войны в Испании и события на Дальнем Востоке. Где японцы «все больше наглели» и наши лейтенанты вслух мечтали поехать в Монголию, чтобы проучить «япошат». Тогда как маршал рассказывал о том, что японцы – серьезные вояки. И без хорошей техники воевать с ними будет очень и очень тяжело. Впрочем, мы-то знали, что мечты Артема и Василия вскоре осуществятся, потому что обкатывать наш «инструмент» мы будем на Халхин-Голе. Если в чаепитии участвовал Абакумов, то, зачастую, оно заканчивалось столкновением фанатов «Динамо» и ЦДК, к последним относились оба лейтенанта. Как-то раз в шутку предложил им: «Ну, вы еще шарфики наденьте, бело-голубые и красно-синие». Как ни странно, предложение понравилось, и на следующем же матче Виктор сидел в стилизованном атрибуте фанатов «Динамо».
В таком размеренном ритме прошли зима и начало весны. В апреле же создание конно-механизированной дивизии вошло в завершающую стадию. Началось собственно формирование дивизии на основе 36-ой кавалерийской дивизии московского военного округа.
Часть третья. Пыль Халхин-Гола. Подглавка 4.
Высказать свое "фи" или "вау" вы можете на главной странице книги, там же есть ссылка на полную версию книги.