Говорят (мы конечно не верим), что Андрей Андреич Вознесенский, которому намедни исполнилось 90, во времена оно был крайне озабочен степенью народной любви.
На пике популярности, первых поэтов в СССР было два: Вознесенский и Евтушенко. Был еще Рождественский, но он заикался и не мог так круто выступать как первые двое.
Так вот, Андрей Андрич шибко переживал, о том, кого народ почитает первым поэтом России. Поэтому он ходил туда-сюда по Арбату и приставал к прохожим, мол, кто у нас лучший поэт.
А народ, как известно, сер, но мудр. И ответы дает исключительно правильные, выдержанные в духе последних постановлений ВЦСПС, чего бы он там ни постановил.
Вот и прохожие в ответ называли то Пушкина, то Лермонтова. Ну особо отчаянные поминали добрым словом Блока. А Вознесенского - нет. Не поминали.
Так вот. Как-то раз сидел Андрей Андреич в ресторации на Арбате, обедал. И тут некий гражданин при виде жующего поэта, подскочил, будто ему скипидаром на причинное место плеснули, вприпрыжку подбежал к столику Вознесенского и воскликнул, не веря своему счастью:
- Товарищ Вознесенский!
Андрей Андреич поперхнулся от неожиданности, зарделся, вилку отложил...
- Да? - скромно ответил.
- Андрей Вознесенский! - заорал гражданин. - Неужели это вы?
- Ну что уж...
- Нет, извините! - орал гражданин, - Вы же Вознесенский, да? Ведь это же вы!!!
- Эко же вы... Право не стоило... - лепетал счастливый поэт.
- Что же это, товарищи! - обратился в зал поклонник. - Ведь с нами тут сидит сам товарищ Вознесенский!!!
В зале прозвучали неуверенные аплодисменты.
- Да уж... так уж вышло, - в экстазе бормотал Андрей Андреич.
- Товарищ, Вознесенский, - с мольбой на лбу произнес гражданин. - Если уж вы здесь, и все мы здесь, то может быть... вы нам споете?!
Говорят, с тех пор Андрей Андреевич с уличными опросами завязал. Ибо тёмен народ. И непростительно далек от нас, мастеров художественного слова.
Стыдись, народ. А я пока отобедаю.
Алексей ЗАРЕВИН