"Лансо - вождь Сиу" (о Тори и Вигах)

Англия начала восемнадцатого века продолжала если не кипеть, то «булькать»…

Пуритане, которым не позволили сжигать на кострах католиков, перебрались в Америку, и попытались создать теократическое государство. На почве пуританства в Англии возникла теория «общественного договора». Её сторонники считали, что королевская власть дана не Богом, а людьми.

Тори и Виги враждовали почти в открытую, а вместе с ними «высшее англиканство» враждовало с «низшим», и наоборот.

Я попытался сбалансировать парламент, но всё равно тори и их электорат - «высшие», проявляли, по-моему, излишнюю нетерпимость к оппонентам. Изредка даже горели молельные дома. Я не знал, «кто первый начал», но предполагал, что в данном случае, всё же, - «низшие». Они были «ближе» к пуританским идеалам, а «высшие» к католицизму.

Однако, благодаря «ясновидению» мне были понятны первопричины данного конфликта. Как ярый сторонник "теории заговора" я искал её подтверждение и нашёл.

Территориальные "молодые" торгово-финансовые семейные группы конкурировали со "старыми" и между собой, религиозные общины соперничали с «вольными» тайными ложами, иезуитами и иными рыцарями креста и Христа.

Но управлялась эта коловерть несколькими римско-венецианскими фамилиями. И суть «коловерти» была не в конкуренции за деньги, хотя деньги – первооснова, а в противодействии человеколюбивым теориям.

Из века в век находились философы, передававшие идеи и теории о справедливости, человеческом равенстве. Некоторые даже утверждали, что человек богоподобен. Такие философы, как, например, Платон требовали относиться к рабам по-человечески, по справедливости. Его теория гуманизма сильно мешала ростовщикам и рабовладельцам.

Человеколюбивые теории вступали в противоречие с теорией обогащения одного человека за счёт другого, за счёт его угнетения.

И у Платона появился ученик Арестотель, перевернувший его философию в антигуманную. Вот её-то и подняли, как флаг рабовладельцы. И продержали аж до середины двадцатого века. Потом сей флаг «приспустили» и спрятали, но от философии не отказались.

Я много, в своё время, читал по этой теме и ещё тогда понял, что «коловерть» соперничающих тайных и явных организаций – суть порождение именно этих людей. Они учреждали публичные школы университеты, в которых, извращая человеколюбивые теории, направляли пытливые умы несколько в иные стороны. Но главное воспитывали своих адептов, обученных риторикой и софистикой разрушать смысл гуманистических идей. Доказывая, например, что белое – это чёрное, и наоборот. Мудрствовали лукаво, короче…

Первая публичная школа в Риме, открытая иезуитами, подготовила целую плеяду антихристиан, а сами иезуиты, противостоящие в своих проповедях протестантам, тайно поддерживали их и в конце, концов сошлись на мнении, что протестантизм и католицизм - суть одно и то же.

Принцип: «не можешь запретить, возглавь», лежал в основе борьбы антихристиан с гуманизмом. И все, вроде бы, конкурировавшие между собой философии, управлялись из единого центра по единым методикам: разделяй и властвуй.

Простое гуманистическое учение через некоторое время обсуждений делилась сначала на два «кружка», потом на три. Кружок сам делился… И так далее.

Я попал в самый-самый «замес». Тайные общества и их цели становились явными, но от явных отпочковывались лидеры, создававшие тайные общества. В Великой Британии уже в открытую заговорило о масонах.

В Английском королевстве в конце семнадцатого века стали проявляться тайные общества, поддерживающие якобитов, сторонников изгнанного короля Якова Второго. Даже возник якобитский ритуал – раздавливание апельсина, символа Вильгельма Оранского.

Но Вильгельма не стало, а общества переключились на меня. Особенно после моего демарша против мерсерсов и вольных каменщиков. Хоть я и был в капюшоне, но я не строил иллюзий в отношении лояльности верховного садовника Бидаша и сохранении им моего инкогнито.

Особо публика потешалась над «моей» матерью Елизаветой Первой - «девственницей». Газетные карикатуры и просто картинки, раздаваемые на улицах пестрели такими подробностями, что даже я, выросший на западногерманском «дастиш фантастиш», видя их, краснел.

***

Баламутили воду венецианцы, проросшие и в Англии, и в Британии. Все имена и фамилии были мне известны: Ньютон, Лейбниц, например, будучи антагонистами, на самом деле, оба играли на руку венецианцам, активно «работавши» на разрушение монархической Англии и отторжения от неё Америки.

Цель венецианцев – построение олигархического общества была близка. Ещё столетие, и всё. Хотя… Если брать в основу перевода «власть немногих» - то...