Найти в Дзене

Нет фашизма?

Говорят, что в РФ фашизма нет. Ой ли? А как тогда назвать статью об инвалидах канала Татьяны Лискиной? С прямым призывом к инвалидам не размножаться. Такой ненависти я давно не видела. Ненависти и отвращения. Просто за то, что инвалиды ведут блоги и ставят донаты. Просто за то, что у них есть личная жизнь и дети. И, честно, мне больно. Я и так считаю себя калечным биомусором, который недостоин выйти из дома и показаться на глаза людям. Ибо им неприятно. У меня на фоне таких Татьян развилась дисморфофобия. Я перестала даже в зеркало смотреться. Все наощупь. На улице я избегаю смотреть на людей, смотрю в пол. Боюсь увидеть эту ненависть. Мне страшно писать статьи. Ненависть брызжет и из комментариев. Я стараюсь нигде не упоминать о своей калечности. Даже в кругу друзей. Я молчу о своих эмоциях, о боли, об усталости. О том, что я не вывожу. Татьяны научили. Я улыбаюсь и говорю, что все хорошо. Что круто быть одной, что мне не нужна поддержка, что я супер-сильная. Просто на самом дел

Говорят, что в РФ фашизма нет. Ой ли? А как тогда назвать статью об инвалидах канала Татьяны Лискиной? С прямым призывом к инвалидам не размножаться. Такой ненависти я давно не видела. Ненависти и отвращения.

Просто за то, что инвалиды ведут блоги и ставят донаты.

Просто за то, что у них есть личная жизнь и дети.

И, честно, мне больно. Я и так считаю себя калечным биомусором, который недостоин выйти из дома и показаться на глаза людям. Ибо им неприятно. У меня на фоне таких Татьян развилась дисморфофобия.

Я перестала даже в зеркало смотреться. Все наощупь. На улице я избегаю смотреть на людей, смотрю в пол. Боюсь увидеть эту ненависть.

Мне страшно писать статьи. Ненависть брызжет и из комментариев.

Я стараюсь нигде не упоминать о своей калечности. Даже в кругу друзей. Я молчу о своих эмоциях, о боли, об усталости. О том, что я не вывожу.

Татьяны научили.

Я улыбаюсь и говорю, что все хорошо. Что круто быть одной, что мне не нужна поддержка, что я супер-сильная.

Просто на самом деле, я чувствую себя так, будто меня без кожи тащат по острым камням. Чтобы все знали как тяжело мне дается это «все хорошо».

Не ною! Просто обидно такое отношение.

А так живу как жила. Работа, учеба. Диализ-до панических атак довел. Будем как-то лечить.

Жуткая холодина дома. Играю в шаурму с одеялом и пледом.

Говорят, на улице все цветет и зелено

Мой рисунок
Мой рисунок

. Жаль, я этого не вижу. Как всегда.