КИЕВ ИЛИ ПОБЕДА
Зря Маргарита Симоньян считает, что украинский народ нам ближе, чем грузинский народ. Одинаково далеки. Давайте зададим себе беспощадный вопрос. Если война дойдёт до той фазы, при которой под угрозой полного разрушения будет два города: Киев и Минск? И представим себе, что спасти мы можем только один город! В 2014 году я могла ещё сказать: «Простите меня, братья белорусы! В вашем Минске нет Киево-Печерской Лавры». Я тогда очень сильно ждала, что Киев, древняя столица моей Руси опомнится, заговорит, заволнуется… Киев молчал! И до сих пор молчит. Запретили русский язык – молчит, сожгли людей в Одессе – молчит. Киев молчит, молчит, молчит! Года через полтора, во второй половине 2015 года я поняла, что Киева у меня больше нет. Я поняла также, что при этой мысли я твёрдо стою и спокойно дышу. Станет Киев польской провинцией, немецким городом или американским штатом – какая мне разница? Рванная рана, образовавшаяся на месте отрыва Киева от моего сердца, затянулась грубым, толстым рубцом. Больше НЕ болит! Я НЕ предлагаю уничтожать Лавру, я предлагаю НЕ спасать её.
Судьба планеты сейчас решается глобальным, внутри славянским противостоянием с некоторым привлечением внешних игроков. Наша победа, новый миропорядок или сохранение Киева? Мы когда-то хотели вернуть Константинополь! Зачем? Сейчас бережём Киев! Зачем? Первый, Константинополь, как только перестанет быть Стамбулом, думаю захочет стать центром мирового православия. Второй, Киев, думаю, не против стать древней и единственной столицей огромной евроазиатской империи, то есть нашей империи. Москве ЭТО ЗАЧЕМ??
Победит Москва или Киев? Для Киева оба варианта беспроигрышные. Победит Москва – Киев с тихой усмешкой вернётся к своему русскому началу. Победит он сам, то есть Киев – для него чем это нехорошо? А вот если Москва в своём отношении к Киеву струсит, пожалеет, не решится – то это будет последнее, что она сможет себе позволить в этой войне.