Когда начало темнеть, дети пошли по домам. Леша проводил их тоскливым взглядом и побрел по улице. Домой идти ему не хотелось: там плохо, очень плохо. В прошлом году его мама разошлась с отцом. А три месяца назад она начала встречаться с мужчиной, который почему-то невзлюбил его и придирался по любому поводу. Он долгое время не мог понять и задавался вопросом: почему?! Но однажды его осенило: ведь я не родной сын!
Первое время мужчина приходил к ним редко. Переспит ночь, а утром уходит на работу. (Работал он директором магазина). Через месяц он переехал к ним совсем. Дядя Игнат был среднего роста, широкоплечий, глаза черные и наглые; он шел по головам и всегда добивался поставленной цели. Он мог в любой кабинет открыть дверь ногой. Ходили слухи, что даже начальник милиции побаивался его. Правда это или ложь, «одному богу известно».
Весной он купил коттедж в другом районе, и они переехали туда жить. Коттедж был двухэтажный, на четыре хозяина. Дядя Игнат любил жить с комфортом. Через месяц мужчина начал расширять и благоустраивать свое жилье. Чтобы любопытные соседи не глазели: первым делом он нанял рабочих, которые за пару дней возвели двухметровый забор с обеих сторон. Потом мужики построили две большие комнаты, летнюю кухню, баню, гараж; выложили плитку в ограде, а посередине двора – сделали клумбу для цветов.
Через год Лешина мама родила мальчика, который часто болел и был очень капризный. Когда ему что-то хотелось, он начинал кричать на весь дом и махать ручонками. И ему сразу давали то, что он хотел. Леша нянчился с Никитой с удовольствием, когда мама делала уборку в квартире или стирала белье. Он сажал его в коляску и шел с ним на улицу…
В тот вечер погода стояла классная. Полная луна светила ярко и тысячи звезд серебрились на небе. Леша с другом собрались печь картошку. Разожгли костер во дворе, уселись на травку и начали рассказывать друг другу страшилки. Сухие поленья трещали в огне: искры поднимались вверх и исчезали в ночи. Вдруг ночную тишину нарушил задорный женский смех. Леша отодвинулся подальше от костра и присмотрелся. По дороге шел отчим с белокурой женщиной и что-то ей рассказывал.
Толян, – я сейчас приду. Прячась за деревья, Леша проследил за ними. Когда пара скрылась в квартире на втором этаже. Он побродил по улице и нашел в кустах стальную проволку: осторожно привязал ее к двери, в которую зашел отчим. Затем к соседней и позвонил в дверной звонок. Спустился на пролет и стал наблюдать.
- Кто там? – раздался, мягкий женский голосок, спустя минуту, и хозяйка попыталась открыть дверь, но та не поддалась.
- Что за шуточки - закричала она и сильно задергала дверь. И тут же из соседней квартиры раздался мужской бас:
- Я сейчас кому-то руки повыдерг.иваю. Леша ухмыльнулся и умчался...
Когда он подошел к другу, тот доставал картошку из углей и складывал ее на газетку.
- Куда ходил? – ехидно спросил Толик и вытер чумазое лицо рукавом.
- В туалет, – соврал он, присаживаясь на травку и беря картошку. - Ай! – Леша выронил картошину и подул на пальцы.
- Че, обжегся?
- Ну.
- Осторожней нужно быть. Ты же видел, я только что её достал.
- Есть очень хочется. В этот момент к ним подошел мужчина, с большим, как картофелина носом и спросил:
- Пацаны, здесь собака с длинными ушами не пробегала?
- Нет! – ответил Толик, с трудом сдерживая смех.
- Когда-то, мы с друзьями тоже пекли картошку на костре, – продолжил незнакомец, присаживаясь на корточки и поглядывая по сторонам. Я давно не чувствовал запах печеной картошки. Можно попробовать?
- Угощайтесь, – улыбнулся Толик, протягивая ему картофелину. Мужчина не спеша очистил её и откусил:
- М-м-м... какая вкуснятина!
Где-то, на другой улице, раздался собачий лай.
- О, кажись, моя собака лает. Спасибо, я окунулся, так сказать, в золотое детство, – радостно сказал мужчина и стремительно пошел через двор...
- Толик, я скоро уеду в деревню к бабушке.
- Надолго?
- Навсегда!
- А чем тебе здесь не нравится?
- Когда мама лежит в больнице с братишкой, меня отчим припахивает: то чай ему завари, то машину помой, то на базар сбегай. Теперь он еще и дачу купил. Каждый вечер ездит туда и меня берет с собой. Сам яблок нарвет, сядет в тенечке и ест. А я-то траву пропалываю, то помидоры поливаю, то деревья белю. В общем, мне надоела такая жизнь, хоть в пет.лю лезь.
- А твоя мать не заступается за тебя, что ли?
- Она сама его боится! Он даже всю свою родню строит!
- Да, не повезло тебе с отчимом, брат, – вздохнул Толик и стал есть картошку. Они поговорили минут двадцать и разошлись по домам, Леша зашел в ванную. Хорошенько вымыл руки, прошел в кухню и присел на стул.
- Есть будешь? – спросила Полина Ивановна, помешивая грибной супчик.
- Мы с другом напекли картошки и наелись. А дядя Игнат дома?
- Еще не пришел с работы. Леша решил маме не говорить, что видел отчима с другой женщиной.
- Мам, мне надоела такая жизнь, можно я поеду в деревню к бабушке.
- А что случилось?
- Дядя Игнат меня не любит!
- Ну что ты такое говоришь! Он тебя любит и ценит, хотя ты не родной ему сын.
- Если бы любил, то не заставлял выполнять свои прихоти!
- Какие прихоти?! Полина Ивановна округлила глаза и внимательно посмотрела на сына.
- Да всякие. То чай ему завари, то машину помой, то на базар сбегай. И на даче я работаю, а он в тенёчке сидит. Женщина вздохнула грустно и погладила сына по голове. Ей было очень жалко сына, аж до слез, но она боялась перечить мужу.
- Только не балуйся там и помогай бабушке.
- Хорошо, мама. Он открыл шифоньер, скидал свои вещи в сумку и занес ее в свою комнату; разделся и завалился на постель.
Лешу разбудила мама в семь утра.
- Одевайся скорей и дуй на автовокзал. Он вскочил, быстро оделся и вышел в прихожую:
- Вот деньги на дорогу и передай бабушке письмо.
- Ты у меня самая лучшая на свете мама!
- Иди, а то на автобус опоздаешь, – сказала Полина Ивановна и заплакала горько.
- Ну не плачь.
- Да-да, я больше не буду плакать сыночек мой родной, – улыбнулась Полина Ивановна сквозь слезы.
Леша поцеловал маму, схватил сумку и сломя голову помчался на автовокзал. Через час он ехал в автобусе, смотрел в окно и думал: «Теперь у меня будет другая жизнь...»