Продолжение, Первая часть здесь
Предупреждение: статья может оскорбить верующих в СССР и его ценности. Поэтому лиц с тонкой душевной социалистической организацией прошу закрыть статью и не трепать себе и автору лишний раз нервы.
Ну-с, а для стойких и любопытных продолжим. Напрягитесь, многабукофф.
Следующая немаловажная деталь: сотрудники конторы считают свои статистические показатели на допотопных калькуляторах и аккуратненько заносят цифирь в листочки от руки! Не удивительно, что у Новосельцева косяки в отчётах (не думаю, что только у него). Единственный компьютер стоит у Калугиной в директорском кабинете. И это не бутафория. К слову, Калугина к клавиатуре за весь фильм ни разу не притронулась, что подозрительно.
Лирическое (и не очень) отступление. «Советская ЭВМ», которая засветилась в кадрах «Служебного романа», на самом деле, была терминалом «Videoton 340» пр-ва Венгрии. Со слов создателей фильма, то, что им привозили из Главстата, стоило 438'000 советских рублей. Конечно, предоставившие девайс про стоимость могли и насвистеть, дабы киноделы не дай бог не вздумали ничего нажимать. Скорее всего, это цена всей ЭВМ «БЭСМ-6» (официально ~500'000 руб.), которая занимала целое помещение (см.фото ниже) и по энергопотреблению имело аппетиты 25 современных электрочайников. Для знатоков: оперативная память БЭСМ-6 была динамической и функционировала на ферритовых сердечниках, что в то время считалось весьма прогрессивным... для СССР. К слову, калькулятор на столе Новосельцева имел память на ферритовых кольцах.
На замену венгерскому изделию впоследствии разработали и советский аналог— «РИН-609» с конечной ценой от 6 до 12 тысяч руб. Представьте себе мониторчик и клавиатурку ценой аккурат в последнюю модель «Жигулей»!
Цена ЭВМ в полмиллиона, конечно, ужасает. Хотя, элементная база в то время (1977 год) уже была готова к такому компактному рабочему месту. Но ЭВМ «БЭСМ-6» выпускалась аж до 1987 года. Всего наклепали 355 машин. Это при том, что «Микро-80», советский любительский микрокомпьютер, был продемонстрирован узкому кругу ещё в 1980 году.
Причина такой отсталости и косности совка кроется в общей говённой потребительской политике СССР. Совок считал, что вкладываться в потребтовары, пока ещё не покончено с капитализмом, кощунственно. Потому, херачил баблище в оборонку и ракеты. По итогу, ни то, ни другое никуда не годилось, кроме как надувать щёки. Начнём с цитаты.
«Ребята, хватит заниматься ерундой. Персонального компьютера не может быть. Могут быть персональный автомобиль, персональная пенсия, персональная дача. Вы вообще знаете, что такое ЭВМ? ЭВМ— это 100 квадратных метров площади, 25 человек обслуживающего персонала и 30 литров спирта ежемесячно!»,— Заместитель министра радиопромышленности СССР Николай Горшков, 1980 г. Если что, Горшков— тракторист по образованию. А что вы хотели, СССР— страна возможностей; тут даже доярка может управлять государством, по мнению Ленина.
Из цитаты Горшкова видно, что советскому человеку чужда поганая потребительская западная идеология, и компуктер нахрен не нужен! Ибо суть раба системы— работа на эту систему за пайку.
Кстати, по легенде (сейчас уже установить истину сложно) Горшков выдал свой спич в момент, когда ему продемонстрировали «Микро-80»— первый советский любительский 8-разрядный микрокомпьютер.
Ещё в 1950х в СССР из США сбежали два инженера-левака — Филипп Старос (Альфред Сарант) и Иосиф Берг (Джоэл Барр). Старос в США вообще шпионил на СССР. И после отлова и казни Розенталей, пришедши в ужас от перспектив, решил-таки свинтить. Так вот, эти двое и дали толчок развитию электронной промышленности. Но дальше этого дело не пошло; КПСС не терпела инициатив на местах, и обласканные Хрущёвым инженеры, мягко говоря, лишились голоса. Отчего общий уровень отставания России в микроэлектронике составил на старте 7-10 лет, а к началу 21 века сделался совершенно чудовищным.
Только в 1981 году правительством совка принимается программа развития микропроцессорной электроники! Это при том, что уже 10 лет в США успешно выпускаются один за другим персональные ЭВМ. Не системно, вне общих стандартов, но они есть и работают! В 1974 г. фирмой MITS производится ПК «Altair 8800», который и принято считать началом любительских ЭВМ. В 1976 году свет увидел ПК «Apple I», производства будущего детища Стива Джобса. Автор этой статьи первый ПК увидел только в 1990-ом году (это был советский БК, прикрученный к чёрно-белому телевизору и имеющий бумажную клавиатуру).
Ещё фактик: в 1983 году Дэвид Бишоф публикует книгу «War Games» (в России она известна как «Недетские игры»). В повести рассказывается о том, как американский подросток с помощью ПК Atari и модема (!!!) законнектился к военному компьютеру Пентагона и едва не устроил третью мировую, приняв диалог с военным ПК за сетевую (!!!) игру. Вот вам сравнение уровней развития технологий США и СССР. Конечно, уровень развития техники не доходил до нейросетевых чудес; в книге некоторые преувеличения, но суть в наличии у среднестатистического жителя США персонального компьютера, модема, а в его школе— системы учёта успеваемости учеников в виде базы данных! До подобного учёта в России дошли лишь в середине 2010х годов!
Как раз, когда старпёры, руководившие СССР додумались до того, что микропроцессоры-таки надо делать, 12 августа 1981 года компанией IBM была представлена широкой публике первая модель персонального компьютера IBM PC 5150, которая и считается фактическим родоначальником современных персональных ПК на архитектуре Intel x86.
Компуктер у Старухи— не бутафория. К слову, Калугина к клавиатуре за весь фильм ни разу не притронулась. Вопрос: а почему? А ответ— в цене терминала (6-12 тыс. руб., хотя создателями картины утверждается, что аж 430 тысяч). Ежедневно спецы из Главстата привозили этот терминал, а вечером проверяли (не свинтили ли чего ушлые киношники за время съёмок) и увозили обратно.
В конце первой серии нам показывают, что, в приёмной у секретарши Верочки стоит такая же штука. Как раз в тот момент, когда Верочка сливает инфу из письма Рыжовой к Самохвалову по телефону сотруднице, нам показывают за её спиной этот терминал. Нахрена он ей, если та целый день подшивает приказы, примеряет иностранное шмотьё, читает чужие письма, сплетничает и выясняет отношения с любовником по телефону?— остаётся загадкой. Лучше бы Новосельцеву терминал поставили. По сцене сложно понять, откуда звонит Верочка; из секретарской или же кабинета Старухи. В течение всего фильма в секретарской, кроме печатной машинки и коммутатора из приличных девайсов мы ничего не видим, а тут в конце первой серии— ЭВМ. Ну, не суть.
Ещё одно отступление.
В СССР бытовые компьютеры были (известные БК), схемы их публиковались даже в приложении к журналу «Юный Техник». Да, были. И моя семья и сам журнал, и эти приложения выписывала. Но пользы от оного было немного. Схемы в журнале имелись— подтверждаю— на разворотах; красивые— загляденье. Вопрос: нах%я?— останется без ответа. 99% тех, кто этот журнал выписывал, не могли себе позволить собрать ПК не в силу отсутствия знаний, а в силу того, что необходимых комплектующих не было в продаже! 90% элементной базы чудо-ПК в магазинах было просто не достать, не говоря уж о возможности заказать печатные платы. Помните «Иван Васильевич меняет профессию»?— там инженер бегает по Москве (!!!) в поисках транзисторов и, наконец, покупает их у спекулянта,— вот он— СССР! Элементную базу любители электроники пополняли на помойках разных предприятий, куда выбрасывали целые шкафы с электроникой, и из старых радиоприёмников. Но собрать их этого всего ЭВМ, по понятным причинам, невозможно. К тому же советская ПЭВМ БК жутко сложна в настройке; требуется кое-что покруче, чем просто паяльник и мультиметр, например, осциллограф. Его-то простому советскому гражданину достать негде; в магазинах не продавался.
И «БК» я видел. Работали они на процессорах К580ИК80 (1977 года выпуска) — контрабандная копия буржуйского CPU Intel i8080 (от 1974 года) СССР сам нихрена не мог, как мы помним, а постоянно пытался воспроизвести копии того, что есть на Западе. Чаще всего, копии не пригодные и корявые. Диво это подключалось к ламповому телевизору. В моей школе в начале 90х компов БК было что-то около дюжины, половина которых по вполне понятным причинам не работала. Их быстренько сменили на вполне себе юзабельные «ZX-Spectrum» на буржуйском CPU Z-80, спроектированном в Англии Клайвом Синклером и доставшемся советскому человеку тоже контрабандой. И только в 1993м ваш покорный слуга в институте увидел БК с цветным монитором! Но в этом виде они благополучно и померли, т.к. были заменены ПК фирмы IBM, которые начали покорять планету.
Ну-с, продолжим...
Наличие терминала в кадре (по задумке) должно было вызвать гордость за советскую статистику, базирующейся на самых передовых компьютерных технологиях (ага, вспомним Горшкова!), а вместо этого, вызвало 100500 вопросов. Что, проблема поставить в каждый кадр терминал и показать как сотрудники на нём работают? А на общих планах расположить муляжи. Ву-а-ля... Ах, да... Комп-то якобы стоил, как бюджет всей картины... С него пылинки сдували; не дай бог сломается! Да и муляжи влетят в копеечку. Вспомним «Гостью из будущего», где флипы, на которых летал Коля и космические пираты, обошлись по 5000 рублей каждый (аккурат цена «Жигуля»)!
Вместо полагающихся компьютеров, в фильме все сотрудники юзают разные калькуляторы. (Не счёты— и на том спасибо) У Новсельцева, коего прочат главой отдела статистики лёгкой промышленности, стоит жуткий девайс на газоразрядных индикаторах «Soemtron 220» (пр-ва Германии). Калькулятор на устаревшей элементной базе, транзисторной логике. В кадре засветилось и любимое счётно-решающее устройство совка— счёты (см. фото ниже). Вон они— весят на стеллаже. Видимо, для проверки того, что насчитали на калькуляторах. Доверился Анатолий Ефремович «Соемотрону», не стал проверять отчёт на счётах и, в результате, получил нагоняй от Калугиной!
Однако, Новосельцева унизили ещё больше; у других сотрудников замечены болгарские калькуляторы на семисегментных люминесцентных индикаторах «Элка 50(51)» (фото ниже, через одно), кои шуровали уже на микросхемах! Сделано это было явно по незнанию, а получилось, что Анатолия Ефремовича унизили намеренно, подсунув ему более говённую модель калькулятора.
Лирическое отступление. Про калькуляторы в «Служебном романе».
На столе у Новосельцева калькулятор—девайс на газоразрядных индикаторах «Soemtron 220» пр-ва Германии. Основан на дискретной транзисторной логике (микросхем там нет— я смотрел здоровенный талмуд об устройстве немецкого чуда техники— over-дох%я диодов и транзисторные ключи).
На столе у сотрудницы, которая сплетничает с Верочкой,— калькулятор на семисегментных люминесцентных индикаторах «Элка 50(51)» пр-ва Болгарии. И— бинго!— болгарское изделие выполнено на микросхемах!
Отсутствие в фильме самой ЭВМ скрашивает распечатанная на лепестковом принтере висящая на стене над Верочкой Джаконда. Про неё Верочка сообщает Калугиной— сделана-де Боровских (местный оператор чудо-машины) на нашей ЭВМ. Чем же ещё на ЭВМ в полляма заниматься-то?!
Кстати, судя по фильму, заму Калугиной— Самохвалову компьютер по должности не положен. Ещё отметочка: сам зам в начале фильма упоминает: «Да, в Швейцарии компьютеры...», и его тут же обрывает директор: «Хорошо, что в Швейцарии компьютеры!», заводя излюбленную шарманку про дисциплину на предприятии и вопиющий случай: объявление в туалете о продаже женских колготок (советский аналог Авито). В самом деле, не статистикой же заниматься, тем более, что пользы от неё никакого от слова совсем.
(продолжение следует)