"Вы, напрасно, тётя, алкоголь не пьёте!"

Я не пью спиртное! Совсем!Насмотревшись на родителей в малые годы, прожив детство в деревне, где трезвый скотник – существо мифическое, а самогон для жителей - лёгкий напиток от жажды, я зареклась- ни капли! Мало ли какой сюрприз выкинет моя наследственность! Вдруг мне хватит и ста граммов, чтобы спиться?

Однако, испробовать всё же пришлось. Когда я приехала жить в Тверскую область, свекровь повела меня в народ знакомиться. К родне, к подругам. У них оказались крепкие традиции по приему гостей. После одного такого визита, путь домой, длиной в сто метров, стал практически "восхождением на Эльбрус". Проснувшись на следующее утро с головной болью, я заявила, что, всё, знакомства пора прекращать или переходить строго на чай. Свекровь, всю жизнь гнавшая самогон, вздохнула, и наши похождения по гостям прекратились. А я обожаю чай! В детском доме его давали только на ужин и то не каждый вечер, и из всех напитков тогда я выделяла его. Чай и ещё томатный сок. Всё. Разные там какао- компоты не особо признавала. Сейчас я пью чай утром, днём и вечером, могу даже ночью!)) Предпочитаю использовать простой гранёный стакан в подставке, той самой, что выдавалась пассажирам поездов. Как в детстве.

О пользе алкоголя мне поведали в больнице, чем немало удивили! Это случилось после операции. Первый наркоз я получила в двадцать два года. На дворе шёл 1993 год. Акушер предполагал у меня крупный плод, возможную гидроцефалию у ребёнка и решил не рисковать. Операцию назначил на 1 сентября, но вспомнил, что должен проводить дочек-двойняшек на торжественную линейку в первый класс, поэтому резко передумал и запретил кормить меня вечером тридцатого августа. На следующий день в обед операция состоялась.

Из наркоза я выходила три дня. Это было нечто! Несмотря на то, что первые проблески сознания появились во время процесса, и я слышала, как врач скомандовал «зашивайте», тело отказывалось возвращать былую прыть. На второй день меня всё ещё перекатывали по кровати как бревно. На третий стали ругаться в мой адрес и требовать, чтобы вставала. Я честно, изо всей мочи пыталась, и мне даже казалось, что чуть-чуть получается. Но на самом деле, я продолжала валяться. Ни аппетита, ни сил, ни молока для сына.

Несмотря на "недвижимость", я оказалась беспокойной пациенткой. Ночная медсестра, по совместительству жена акушера, тайком от мужа, колола мне лишнее обезболивающее, чтобы я могла ненадолго забыться и не стонать. Когда я смогла говорить, то спросила её , что мне вкалывают и не стану ли я наркоманкой? В общем, бесила её своими расспросами и нытьём.

Однако, не той зависимости я боялась! Меня подстерегала совсем другая. Честно признаюсь – я всё же зависима. От чая и шоколада! Да- да! Вот и сейчас пишу эти строки, прихлёбывая из стакана, закусывая "Ласточкой"!

Когда я после кесарева наконец-то начала вставать и на дрожащих ногах доползать до туалета, всё отделение выдохнуло. Не померла! А медсестра при выписке на прощание спросила: "Ты вообще, водку пьёшь?" Я категорически помотала головой, а она заметила: «Ну и зря! Легче бы тогда наркоз перенесла, очухалась бы быстрее! Так что начинай понемногу!»

Вот такой совет получила я в юности. И все же я по-прежнему боюсь своей наследственности и на все предложения отшучиваюсь " Я на игле"( ну вроде как на антибиотиках)! Может и зря, конечно боюсь, что поделать, комплексов и страхов у меня пруд пруди! И этот не самый худший.

За прожитые годы мне довелось получить ещё три общих наркоза. Они оказались другими. Хоть и не очень приятными, но гораздо легче первого.

Водку по- прежнему обхожу стороной!