Творчество Винсента Ван Гога
Винсент Ван Гог (1853 — 1890) считается великим голландским художником, который оказал очень сильное влияние на импрессионизм в искусстве. Его произведения, созданные в десятилетний период, поражают своим цветом, небрежностью и шероховатостью мазка, образами измученного страданиями душевнобольного, который покончил жизнь самоубийством. Ван Гог стал одним из величайших художников-постимпрессионистов. Его можно считать самоучкой, т.к. учился живописи, копируя картины старых мастеров. В период жизни в Нидерландах Ван Г. писал картины о природе, труде и быте крестьян и рабочих, который он наблюдал вокруг («Едоки картофеля»).
В 1886 г. он переехал в Париж, поступил в студию Ф. Кормона, где познакомился с А. Тулуз-Лотреком и Э. Бернаром. Под впечатлением живописи импрессионистов и японской гравюры изменилась манера художника: появились интенсивная цветовая гамма и характерный для позднего Ван Г. широкий энергичный мазок («Бульвар Клиши», «Портрет папаши Танги»).
В1888 г. он переехал на юг Франиии, в местечко Арль. Это был самый плодотворный период творчества художника. За свою жизнь Ван Г. создал более 800 картин и 700 рисунков в самых разных жанрах, однако ярче всего его талант проявился в пейзаже: именно в нем находил выход его холерический взрывной темперамент. В подвижной, нервной живописной фактуре его картин отразилось душевное состояние художника: он страдал психической болезнью, которая в итоге привела его к самоубийству.
Яркие краски Ван Гога
Преувеличенно ярким эти краски обладают способностью звучать в любой интонации на всей протяжённости эмоционального диапазона — от обжигающей боли до нежнейших оттенков радости. Звучащие краски то сплетаются в мягко и тонко сгармонированную мелодию, то вздыбливаются в режущем слух диссонансе. Подобно тому, как в музыке существует минорный и мажорный строй, так и краски Вангоговской палитры поделены надвое. Для Ван Гога холодное и тёплое — как жизнь и смерть. Во главе противостоящих лагерей – жёлтое и синее, оба цвета — глубоко символичны. Впрочем, у этого “символизма” такая же живая плоть, как и у Вангоговского идеала прекрасного. В жёлтой краске от нежно лимонной до интенсивно оранжевой Ван Гог видел некое светлое начало. Цвет солнца и созревшего хлеба в его понимании был цветом радости, солнечного тепла, человеческой доброты, благожелательности, любви и счастья — всего того, что в его разумении включалось в понятие “жизнь”. Противоположный по смыслу синий, от голубого до почти чёрно-свинцового — цвет печали, бесконечности, тоски, отчаяния, душевной муки, фатальной неизбежности и, в конечном итоге, смерти. Поздние картины Ван Гога — арена столкновения именно этих двух красок. Они — как борьба добра и зла, дневного света и ночного сумрака, надежды и отчаяния. Эмоциональные и психологические возможности колорита — предмет постоянных размышлений Ван Гога: “Я надеюсь совершить в этой области открытие, например, выразить чувства двух влюблённых сочетанием двух дополнительных цветов, их смешениеипротивопоставлением, таинственной вибрацией родственных тонов. Или выразить зародившуюся в мозгу мысль сиянием светлого тона на тёмном фоне…”.
Говоря о Ван Гоге, Тугендхольд заметил: “…ноты его переживаний — графические ритмы вещей и ответных биений сердца”. Понятие покоя неизвестно Вангоговскому искусству. Его стихия — движение.
В глазах Ван Гога оно — та же жизнь, а значит, способность мыслить, чувствовать, сопереживать. Вглядитесь в живопись “красных виноградников”. Мазки, брошенные на холст стремительной рукой, бегут, несутся, сталкиваются, вновь разбегаются. Похожие на чёрточки, точки, кляксы, запятые, они — стенограмма Вангоговского видения. Из их каскадов и водоворотов рождаются упрощённые и выразительные формы. Они есть линия, составляющаяся в рисунок. Их рельеф — то едва намеченный, то громоздившийся массивными сгустками, — как перепаханные земля, образует восхитительную, живописную фактуру. А из всего этого возникает огромный в масштабе образ: в раскалённом зное солнца, как грешники в огне, извиваются виноградные лозы, силясь оторваться от тучной фиолетовой земли, вырваться из рук виноградарей, и вот уже мирная суета сбора урожая выглядит как схватка человека с природой.