Дедовщина - слово неприятное, много о нём уже написано и рассказано. Армейская дедовщина - это различные формы неуставных отношений между военнослужащими, которые выражаются в применении физического или морального насилия. Чаще всего такие неправомерные действия основываются на разнице в служебной иерархии, поэтому и слово такое. Дед - это якобы "старший по рангу".
Совершенно ясно, что дедовщина неприемлема и недопустима в армии: много судеб было поломано, да и в целом её наличие негативно отражается на престиже службы в армии и боеспособности подразделений. Множество призывников всеми силами "косят" от армии, приводя в причину именно армейскую дедовщину.
Истоки дедовщины многочисленны, вот лишь самые ключевые:
- дедовщина - проявление человеческого порока самоорганизации, который строит внутреннюю иерархию "по понятиям". Этот порок проявляется не только в армии, но и в тюрьмах, детских домах и даже школах.
- дедовщина устойчиво передаётся из поколения в поколение, поражая даже тех участников, которые её раньше не одобряли. Наши сержанты в учебной роте так нам и говорили, что "нас наши деды прокачивали, а мы вас будем, чтоб справедливо было." Впоследствии мой призыв, оставшийся в учебке на сержантских должностях, прокачивал новый призыв, и так далее.
- отсутствие нормальной боевой подготовки, усугублённое обилием бесполезной и бессмысленной работы, помноженное на непроходимую тупизну отдельных командиров - и благоприятная среда для дедовщины готова.
- личные стремления отдельных лиц самоутвердиться за чужой счёт, почувствовать себя не таким бездарем, каким он вполне заслуженно являлся на гражданке.
Однако есть ещё одно, очень интересное наблюдение, которое я извлёк из личного опыта срочной службы.
Первые полгода из года службы я был рядовым солдатом, и дыхание дедовщины ощутил на себе - это не были избиения и издевательства, но "прокачивали" нас нормально: и ночью отжимались с приседаниями в обнимку, и в "душу" пробивали, и морально давили. Вполне естественно, часто это делалось просто так на потеху сержантам, или искался любой повод, чтобы показать "заслуженность" процедур. Было и за дело, вопросов нет. Но сами по себе такие методы воспитания мне были противны.
Моя армейская жизнь резко поменялась, когда меня из учебки направили в войска, заодно присвоив звание младшего сержанта. Уже в войсках меня поставили на должность заместителя командира взвода, и я активно включился в управленческий процесс. Личный состав насчитывал примерно 25 солдат-срочников, а командир взвода, старший лейтенант, появлялся в казарме нечасто, передав бразды контроля казарменной жизни по большей части мне. И спрашивал, само собой, только с меня. Плохо кровати застелены? Иди сюда. Грязные полы? Сержант, ко мне! Боец в грязной форме? Сержант, отвечай, что это!
То бишь, теперь мне самому предстояло управлять армейскими процессами. И я подошёл к этому вопросу по совести, решив никогда не применять методы дедовщины. Раз я дедовщину презираю, значит нечего её использовать. Есть армейский устав, согласно которому можно организовать армейское управление.
Однако реальность оказалась, как это часто бывает, гораздо более интересной и непредсказуемой. И уже спустя первый месяц в новой должности я осознал простую и нерушимую истину:
В армейском коллективе ВСЕГДА есть обширная масса людей, которые очень плохо понимают человеческий язык, но которые гораздо лучше понимают язык боли и страданий.
Что означает данный вывод? Речь, конечно же, не о том, что эти военнослужащие не понимают слов в их лексическом значении: они всё прекрасно понимают и знают, что за этими словами подразумевается. Речь о том, что сами по себе слова не оказывают той реакции у солдата, которая командиром подразумевается. Ты даёшь указание солдату выполнить какую-либо работу: он тебя слышит и понимает, но не делает, или делает абсолютно наплевательски. Ты повторяешь указание на следующий день, но ответная реакция точно такая же. Попытка разъяснить солдату, что есть устав и его необходимо выполнять, ни к чему не приводит - ему банально плевать и на устав, и на твои попытки до него достучаться.
Как решать сложившуюся ситуацию? Ведь поставленные задачи необходимо выполнять, хочет того солдат или не хочет. Офицеры и контрактники показали мне, как это работает.
Когда командиру роты не понравился порядок в нашем расположении, он объявил нам химическую тревогу с пробежкой на 2-3 км. Кто в теме тот понимает, а кто с таким не сталкивался тот может одеть костюм химзащиты с противогазом и пробежать 3 км по тридцатиградусной жаре, чтобы ощутить непередаваемые эмоции.
И о чудо! В этот же день в расположении был наведён идеальный порядок! А ведь я с утра тщетно талдычил за порядок, призывал солдат хорошо подготовится к приезду командира роты. Слова прошли мимо ушей. А вот боль и страдания дошли хорошо.
Вся эта история в моём осознании выглядит как парадокс: в личных беседах с солдатами где-то в курилке, они крайне негативно отзывались и о методах такой "прокачки", и о офицерах и контрактниках, которых данные методы практикуют, называя их "шакалами". При всём при этом указания этих офицеров и контрактников всегда выполнялись наиболее тщательно и ответственно.
Я вопрошал: а зачем ВООБЩЕ допускать дело до применения насилия, если тебе заранее говорят, что ты должен сделать? Вот же твоя задача, сделай её нормально и никто не будет тебя заставлять бегать в полной амуниции по лесам и полям до изнеможения. Что сложного то? Внятного ответа я так и не получил.
Поэтому могу смело заявить: одной из причин дедовщины является парадоксальная человеческая неадекватность тех, к кому она применяется. Более того я искренне убеждён, что адекватная и разумная дедовщина зачастую является необходимым элементом улучшения воинской дисциплины и порядка. Обязательно уточню: я категорически против избиений и унижений военнослужащих, так как такие неправомерные действия ухудшают и разлагают армию. А вот заставить побегать, поотжиматься и поползать на благо боевой подготовки - зачастую единственное средство, позволяющее донести слова тем, кто не понимает по-хорошему.