Премьер-министр РМ Дорин Речан похвастался — президенту Российской Федерации Владимиру Путину запрещен въезд в Молдову. Причем произнесено это было с присущим для таких высказываний пафосом и нравоучениями — дескать, так будет с каждым, кто будет пытаться указывать нам, что делать!
Что можно сказать по этому поводу? Во-первых, запрет на въезд главе государства — это откровенный политический моветон. Так не принято. Ни одна уважающая себя страна в мире так не поступает. Ни в США, ни в Великобритании нет такого запрета. Там сидят и смеются над таким рвением и исполнительностью, как в Молдове.
Даже в средненьких европейских странах, бывших участницах Варшавского договора все-таки держат планку и обладают какой-то политической культурой — и на такие демарши не пойдут ни в Румынии, например, ни в Польше. Можно высылать дипломатов, представителей, но глава государства — это фигура с особым статусом. У нас же местные политики готовы натурально сожрать друг друга, если того потехи ради потребует «заказчик». И совсем не будут считать себя каннибалами, если западные «друзья» дадут положительную оценку такому зрелищу. Мнение «пацанов» превыше всего.
Во-вторых, строгой необходимости говорить о запрете на въезд в Молдову Владимира Путина — не было. Насколько известно, Путин не планировал поездок в Молдову. Но создается стойкое впечатление, что руководство нашей страны настолько демонстративно стремится показать своё «фи» Кремлю, что постоянно переигрывает в этом.
«Мы сторонимся России» — это повторяется настолько навязчиво и настолько надоедливо, в самых разных формах, что создается впечатление, что они сами себя в этом пытаются убедить, не веря в собственные слова. Мы прекрасно помним, что за первые четырнадцать месяцев своего президентства Майя Санду ни разу не встречалась ни с кем из Российской Федерации, кроме Дмитрия Козака. По сравнению с обилием «свиданий» с западными партнёрами визит замглавы администрации президента РФ в Кишинев — это капля в море дипломатической деятельности РМ, изобилующим строго определенным течениями и водоворотами. И мы говорим о периоде до начала того, что на Западе называют «войной» (шедшей, на самом-то деле, еще с 2014 года).
Сейчас Санду и Речан ссылаются на ситуацию с войной, чтобы оправдать свои неадекватные действия и поступки — но, напоминаем, не забывайте про те самые первые 14 месяцев президентства Санду, когда у нее не было такой отговорки про войну, но она все равно избегала встреч с российским руководством. И сейчас запрет Путину уж больно похож на то, как страус сует голову в песок и думает, что он спрятался — и никто не видит этого позора нашей власти.
И последнее — все это брюзжание исходит от человека, который не избирался людьми ни в индивидуальном порядке (как Санду), ни в коллективном (в качестве депутата команды PAS). Это совершенно посторонний человек, избегавший выборов из-за негативного политического бэкграунда, но поставленный на важнейшую роль в государстве. Мы о Дорине Речане, если что.
