Мальцев за городом#
Труп свояка
Пошел как-то раз Мальцев на собрание дачного кооператива. Деда он тогда одного опекал, и ходил вместо него.
Пришел, сел на лавочку, у чувствует, что на него косятся. А сам-то Мальцев коситься не привык, по неудобству — попробуй скосись, с высоты двухметрового росту. И с дальнозоркостью 18+.
В общем, смотрит он вокруг — нет средь собравшихся никого моложе 70 лет. Неловко, даже.
Вдруг глядит, Лена Корзинкина идет, соседка по улице. У той тоже на попечении есть пожилая особа, бабка ее. И Лена тоже обрадовалась, села рядышком. И по какой-то причине, коситься на них стали сильнее.
Сидят Мальцев с Корзинкиной, начала дожидаются. А вокруг шевелится, волнуется лысо-седое море. И разговоры слышны такие: «Помнишь Алешу с 32го участка? Помер! А Леху со 150го? Помер. И Михалыч ушел, и Вадим Петрович из тупика!» Это все оживленно рассказывал сторож (он помер на другой год) какому-то своему приятелю. Оживляясь после каждого «помер» и наддавая темпераменту.
«Видите, видите какой у меня крэм?», — вопрошала какая-то дама сбоку. Было слышно, как рядом сидящие напрягают зрение: «Вот такой вот крэм! Ничем не пахнет, морщин от него нет и стоит тюбик 40 рублей».
«А я, как старшая по улице, говорю, что не нужна за городом стиральная машина, не-нуж-на, — загудело вдруг позади Мальцева с Корзинкиной, словно недовольный теплоход. Филолог невольно обернулся и узрел монументальную даму в шляпке. — Раньше все руками стирали, и сейчас электричество нечего тратить, — продолжала дама. — Что там летом то стирать?»
Мальцев и Корзинкина сидели, все плотнее прижимаясь друг к другу. Но не в эротическом смысле, а утешения для.
Наконец, дачное собрание началось. Председатель, невысокий мужик с землистым лицом и буйными сивыми пучками, которые пробивалась у него даже из ушей, глухо откашлялся и начал.
- Наше правление провело в этом году большую работу. Во-первых, ма починили вторые ворота. А потом зачистка — труб старика — тоже была исполнена. Это важное дело, которое откладывать было нельзя, это наше с вами достижение...»
Мальцев с Корзинкиной тревожно переглянулись.
- Как он сказал, — сдавленно, но громче, чем следовало при конспирации, зашептала Корзинкина. — Какой труп старика?
- Да нет, вроде бы, он сказал, свояка. А свояк это, кажется, брат... не помню кого, — зашептал потрясенный Мальцев, перед внутренним взором которого шеренгами предстали творения раннего Романа Поланского, со злокозненными стариками. А затем и зрелого Дэвида Линча. А после и собственное — секта или «Коза-Ностра» со стариками.
Вокруг стало тихо, и взгляды теперь не просто косились, а скрещивались и вонзались в беспокойную парочку. В безмолвии позади них, как закипающий чайник, переполнялась негодованием авторитетная старшая по улице.
- Прочистка труб стояка», юноша. У нашей водонапорной башни, — не выдержала, и загудела в контральтовом диапазона старшая. — Вы, молодежь, глухие, что ли?..