Горшенев Герман
Чёрная рыболовная кошка
Дорогу внедорожнику Василия перебежала чёрная кошка. Он улыбнулся такому неслыханному везению. Чёрная кошка в приметах обычного человека это к неудаче, а какой же он обычный, если он рыбак? Рыбаки -они совсем другие, а значит если обычному человеку к неудаче, то рыбакам самое то. Главное, чтобы чёрная собака не перебегала, а то приметы спутаются. Чёрные собаки – это для охотников. Собаки любят мясо, а коты рыбу. А вот интересно, что будет, если чёрные коты стаей перебегут?
Местная дорога была извилиста, с побитым асфальтом, проходила через кучу мелких поселений, но зато была пуста и вела куда надо. Ты свой выбор делаешь ещё до того, как ты взял в руки удилище. Если уже взял удочку, то становишься рыбаком навсегда. Бывших рыбаков не бывает. Иногда бывают предатели, но они бывают везде. Мир так устроен. Даже если за многие годы не поймал ни одной рыбы и ни разу не был на рыбалке, всё равно будешь смотреть на погоду, определяя дни с хорошим клевом, а проезжая мимо реки обязательно мазнёшь взглядом по берегу в поисках хорошего места.
Сегодня Василий встал ещё задолго до восхода весеннего солнца. Это была первая рыбалка в этом году и последний день перед долгим весенним запретом. Пока были ограничения Василий не ездил на рыбалку, не потому что боялся каких-то там запретов, а просто потому, что обычно в это время предстояла большая работа и до лета он будет занят. Всегда можно постоять с удочкой на один крючок, можно узнать границы заповедника и не наглея помочить соскучившуюся по рыбьей крови снасть. Для первой рыбалки было выбрано место в ста тридцати километрах от города, недалеко от гидроузла, в живописном месте с большими ямами и почти всегда хорошим клевом. Рыба ждала и манила хвостами. Там, где-то на многометровой глубине, ожидая прикормки и наживки плавали трофеи.
Всё как-то сразу не задалось. На выезде из города, именно сегодня ремонтники решили отремонтировать все дороги, до которых смогли дотянуться, при этом делали это сразу на обоих полосах, а ещё на объезде, где собралась огромная пробка ещё больше. Было-бы село, можно проехать по полям, но пока ты не выбрался из каменных джунглей, то внедорожники и все остальные едут со скоростью асфальтоукладчика. Как только обочина позволила скатиться с федеральной трассы, то немного помесив грязь, старенький араб выехал на пустую и неширокую асфальтовую дорогу.
Наверное, ремонтникам это дорога была неизвестна, о чём говорили небольшие выбоины и полное отсутствие пробок. Упущенного времени не наверстать, солнце уже давно светило, а погодный сайт упрямо продолжал предрекать на вторую половину дня начало снегопада и усиление ветра. Оставалось всего несколько блаженных часов, пока ветер не усилиться на столько, что брошенный груз будет тебе лететь обратно в лоб, а удилище валить вместе со стойкой.
«Вот же -блин!» - пробурчал Василий и остановил машину.Можно было просто проехать, забыть, но испортить себе карму, пусть самую малость, или можно сделать так, как он это делал всегда. Видавший виды внедорожник остановился. Его старенький араб с пружинной подвеской не боялся колдобин, огромных выбоин и колеи оставленной Камазами, но здесь было всё иначе. Недалеко от дороги стоял собрат его Крузера в новом корпусе, с пневматикой подвеской и полным фаршем, блестя новенькими, покрытыми свежей грязью боками. До машины было буквально метров двадцать.
Трасса небольшая, а обочина пологая, всего сантиметров шестьдесят, а за ней было вспаханное в прошлом году поле, и все двадцать метров покрывало лужа глубиной сантиметров в тридцать, а под ней раскисшая земля. Какой бы внедорожник не был, но жидкое месиво, покрытое водой, может стать ловушкой даже для полноприводных многоосных грузовиков, поверивших в силу полного привода и блокировок. Вот перед этой самой лужей и разместился автомобиль туристов.
Владельцы новомодной раздаточной коробки набились в новенького красавчика по самое «немогу». Две семьи состояли из несколько детей, мал-мала меньше, пары недоумевающих жён и двоих хозяев семейств, который сейчас недоумённо тёрли подбородки, оценивая свои шансы найти трактор.
Василий ещё до своей бытности рыбаком почти всю жизнь проездил на машинах, которые хоть чуть-чуть были более проходимые своих собратьев. Даже его первая девятка имела несколько квадратов подъема. На его «зубиле» нельзя было гарцевать как это делали его товарищи, зато дополнительные несколько сантиметров клиренса всегда позволяли пролезть по какой-нибудь грязи. Затем были только паркетники и внедорожники. Ему часто звонили друзья, спрашивая: «Вась, а ты трезвый?» Если он давал утвердительный ответ, то ему радостно отвечали: «Отлично! Тогда приезжай к нам на рыбалку! Мы недалеко! Мы застряли!»
В багажнике у Василия всегда было несколько тросов, которые можно сцепить вместе, но туда явно не хватало. Съезжать с дороги он и не собирался, иначе обоим владельцам Крузеров придётся искать местного тракториста. Вдвоём оно конечно веселее, но тогда теряется гордость от успешного решения проблемы. Каким бы добрым «самаритянином» Василий не был, но ходить по грязи — это дело самих утопающих. Подозвал жестом парней. Наплевав на свои новомодные башмаки с высокой шнуровкой, один из них притопал по липкой грязи, утопая по самые колени.
Рассказ был простой. С той стороны находился среднего размера город, как и предполагалось, народ выбрался на пикник, проехал по достаточно чистым грунтовым дорогам, потом не туда свернул и долго ехали вниз с холма, а потом хорошо разогнавшись, форсировал огромадную грязевую колею, выбрался на поле, рассчитывая въехать на асфальт, но вовремя остановился, заметив лужу. Обратного пути не было, как, впрочем, и переднего.
Это они сделали правильно, что остановились. Если у колеи всегда есть дно, хоть и глубоко, то у неезженой грязи дна может и не быть вовсе. На производственное совещание, решив обязательно поучаствовать, подтянулся и второй глава семейства любителей экстрима, также наплевав на свои башмаки и форсировав грязевое месиво.
Решили так: парни перетаскивают на асфальт семьи, включают все свои электронные прибамбасы, молятся и подъезжают пока не лягут. Троса не хватало совсем чуть-чуть. Затем цепляем и пытаемся вытащить. Пока Василий собирал тросы, парни перетащили детей и женщин на дорогу, перемазавшись в грязи по уши, а в машине остался только водитель.
Внедорожник взревел и пошёл в воду. Крузер ушёл мордой в жидкую грязь, а колёса, управляемые модной электроникой, швыряли комья земли на стёкла и крышу. Волна мутной жижи хлюпнула через капот на лобовое стекло. Подняв фонтан взбитого в пену чернозёма, машина вышла на обочину. Не смотря на то, что они выбрались на асфальт без помощи тросов, оба семейства набросились благодарить Василия за чуткое руководство и моральную поддержку. Без него, они бы ещё долго стояли, а затем начав осторожничать, стали ехать потихоньку, наверняка бы утопив машину и посадив на брюхо.
Туристы уехали вылизываться, собрав руками комья грязи с лобового стекла, а старенький араб Василия в сторону гидроузла. Погода, как и обещал сайт, который сегодня неожиданно точно предсказывал - портилась. На лобовое стекло прилетали редкие снежинки, время было хорошо за полдень, а ветер дул сильнее и останавливаться не собирался.
Раз уж ты приехал на рыбалку, значит надо кидать. Замешивать прикормку и выставлять все палки не хотелось. Уже было понятно, что через час надо будет ехать обратно. Река очень сильно разлилась, и там, где был широкий пляж сейчас стояла гладь воды глубиной с полметра. Чисто символически забросил свой любимый Шимано, с тонкой плетёнкой и смешным Гамакатсу на шестнадцатый номер, на котором с большим трудом разместился пяток «апариков», тесно прижавшись боками.
Кидал метров на пятнадцать, чисто на таранку, которая сейчас жмётся к берегу, ища мелкие места для нереста и просто на дурочку. Один хвост в зачёт и можно сворачиваться. Погода продолжала безжалостно портиться. Удар! Удочку сорвала с подставки и только гибкость лёгкого фидера не позволила порвать тонкую плетёнку, а затем было десять минут борьбы. Подсачек, как и положено, лежал аккуратно свернутый в чехле и в машине. Рыбина металась на глубине меньше полуметра по всему залитому водой пляжу, то и дело норовя зацепиться леской за камыши, но карма хорошего человека всегда помогает. Выждать момент, и наплевав на ледяную воду, набрав полные башмаки, Василий словно медведь вцепился руками в подведённую к самому берегу рыбину. В обувь налилась вода, одежда забрызгала и стала мокрой, но это уже неважно. Чёрная кошка сработала, а последовательность событий замкнула свой странный круг.
Василий стоял, смотря на воду, в который проплывали по течению небольшие льдинки, резкие порывы ледяного ветра обдували лицо, а руки не замечали холода, держа под жабры здоровенного трёхкилограммового сазана. Он стоял и думал о том, что никогда никого ни о чём не просил, делал то, что считал нужным. Добро, наверное, скапливается в этом мире и возвращается в виде трёхкилограммовых сазанов, пойманных в несезон, в ледяной воде, в двадцати метрах от берега на крошечный шестнадцатый Гамакатсу. Он никогда не отказывал в помощи тем, кому это действительно надо, не брал рыбы больше необходимого, всегда убирал на берегу реки за собой и другими мусор. Как любил говорить Василий: «За Путиным» - потому что все остальные в нашей стране культурные и никогда не позволят себе бросить на берегу бутылку или полиэтиленовый пакет.
Рыбацкое счастье всегда возвращает хорошие дела в виде огромных рыбин, и неважно какая погода, какой сезон, какой температуры вода и на что ты ловишь. Если ты достоин, то тебя обязательно наградят тем, что ты действительно хочешь.