Глава 4. Середина сентября.

Прошло две недели учебного года, меня приняли в художку сразу во второй класс. Первый раз, когда я вошёл в кабинет живописи и рисунка, почувствовал приятный запах масляных красок, увидел открытые окна, раскинутые шторы от тёплого осеннего ветра и группу детей, раскладывавших свои карандаши и бумаги на партах. Было непривычно сидеть на занятиях среди 12 летних, в таком возрасте сильно чувствуется разница. Моя первая учительница – Марина Леонидовна, тёпло приняла меня в свою группу. Рассказала мне, как пользоваться карандашом, вроде бы понятное дело – берешь его в руку и рисуешь. Существует письменный хват и художественный. Для рисования на мольберте карандаш нужно держать не как авторучку, а между указательным и большим пальцем, для того, что бы работать кистью руки во время рисования. В художке я был уже неделю, ходил на занятия со второй половины дня до четырёх вечера. И первоё моё задание было – рисовать куб и шар. В один из дней проводя неуклюжие линии, к нам в кабинет завалился Витас и сказал: — Колян здарова, как дела!? Посмотрел назад и кого-то позвал из коридора. Это была Настя. Я не хотел, что бы кто-то ещё видел мои первые рисунки, поэтому я встал и загородил проход. Но Настя юркнула сквозь мой кордон и остановилась у мольберта с широкой и хитрой улыбкой.
— По-моему неплохо, сказала она. Я сказал: — Да, неплохо. И улыбнулся. Витас тихо намекнул, что сегодня идем гулять. Просто у нас с некоторого времени в лексиконе слова гулять и прогуляться имели разное значение. Прогуляться значило просто пройтись по городу, а гулять – значит пить «Блэйзер» и курить сигареты. Нам хватало 150 рублей чтобы закупиться всем необходимым – полтора литрами джина и пачкой сигарет. После художки мы ходили на кочегарку пили «Джин» и курили. Так прошло пол года.