Дедолларизация шагает по планете. Все большее количество стран отказываются от использования американской валюты в двусторонних торговых отношениях. Но позиции доллара еще достаточно сильны. Директор Института нового общества Василий Колташов рассказал журналу «Слово и Дело», по каким признакам можно будет понять, что процесс дедолларизации мировой экономики успешно завершился.
Международное информационное агентство Reuters выпустило сразу две неприятных для Соединенных Штатов новости. Во-первых, Правительство Аргентины приняло решение перейти на оплату китайского импорта юанями. А во-вторых, по итогам марта юань обогнал доллар в качестве самой широко используемой в КНР валюты для трансграничных транзакций, превысив планку в 48,4%.
Подобных новостей за последнее время накопилось немало. Месяц назад об использовании юаня во взаимной торговле договорились Бразилия и Китай. За пару недель до этого стало известно о желании Саудовской Аравии торговать с КНР нефтью за юани. Правда, пока только частично. А под занавес прошлого года Россия и Индия начали использовать во взаимных расчетах рупию. Аналогичные процессы наблюдаются в Иране, Пакистане, Венесуэле, Алжире, Нигерии и так далее.
Таким образом, слово дедолларизация, над которым еще пять лет назад откровенно посмеивались, постепенно начинает набирать вес и обозначать реальный, а не отнесенный на перспективу экономический процесс. Тем не менее, как заявил в комментарии для «Слово и Дело» политолог, экономист Василий Колташов, сегодня мы наблюдаем еще только рождение изменений, которые приведут к вытеснению доллара с большей части занимаемых им позиций в торговле и в резервировании.
«Американское правительство предполагает бюджетный дефицит в 2023 году в 1,4 трлн долларов. Они предполагают дальше довести дефицит до отметки 2 трлн долларов. Таким образом, они все еще могут себе позволить печатать деньги, брать их ниоткуда, то есть на самом деле получать обеспечение этих денег от международной торговли, потому что вытеснение доллара еще только-только началось».
По словам эксперта, это процесс потребует не только времени, но и создания новой резервной валюты, основанной на сотрудничестве центральных банков стран учредителей, в качестве которых могут выступить, например, члены БРИКС. Также эта валюта должна будет обладать пределом эмиссии. Причем не установленным механически, а определяемым объемом золота, зарезервированного центральными банками учредителями.
Если же говорить о явных маркерах того, что дедолларизация мировой экономики близка к завершению, то об этом будут свидетельствовать, в первую очередь, не какие-то абстрактные экономические показатели, а новости из страны-эмитента главной резервной валюты на сегодняшний день — Соединенных Штатов.
«Разрушение господства доллара в мировой финансовой системе произойдет обязательно. Но мы узнаем о том, что изменения приобрели уже катастрофический и необратимый характер для США по заявлению американских политиков, когда они скажут, что больше дефицитный бюджет Америка себе позволить не может».
Еще одним важным показателем станет инфляция в США. Когда она снова выйдет на отметки свыше 10% и начнется стабильная гиперинфляция, то это будет означать, что их печатный станок работает в холостую, и доллар утратил поддержку в мире.
«Сейчас они еще могут эмитировать доллары, сохраняя уверенность, что эти бумажки не превратятся в фантики и не обесценят уже имеющиеся доллары гораздо больше, чем их прибавится. Пока этого не произошло, они еще не проиграли сражение, а лишь потеряли некоторые опорные пункты в своей системе. Но мы только в начале процесса — главные события еще впереди», — прогнозирует Колташов.
Тем временем в России происходит еще одно важное изменение в финансовой сфере — рождение цифрового рубля, который станет третьей формой существования отечественной валюты. Сейчас Центробанк проводит пилотирование цифрового рубля на ограниченном круге клиентов. А о том, когда новинка доберется до рядовых россиян, журналу «Слово и Дело» рассказал директор Центра конъюнктурных исследований НИУ ВШЭ Георгий Остапкович.