Если вы помните историю, то в курсе, что условия в которых находились простые солдаты в окопах Первой мировой войны, были максимально нечеловеческими. И я сейчас даже не про бомбёжку, газовые атаки и тому подобные ужасы позиционной войны. Скорее, про то, что для многих её участников повседневная жизнь на Западном фронте была полнейшей антисанитарией и кошмаром, который и в дурном сне не приснится.
Особенно тяжело было в условиях постоянной сырости и холода.
Отдельно упомяну о снабжении войск. Проблемы такого рода были во всех армиях, вот пример из дневника В. Арамилева:
«Днем мы обедаем и пьем чай. И то и другое готовят в третьей линии. Суп и кипяток получаем холодными. Суп в открытых солдатских котелках – один на пять человек – несут три километра ходами сообщения. Задевают котелками о стенки окопа – в суп сыплются земля и песок. Суп от этого становится гуще, но не питательнее. Песок хрустит на зубах и оказывает дурное влияние на работу желудка. Все страдают запором. Горячей пищи мало, все едят всухомятку»
И в таких экстремальных обстоятельствах было крайне важно не тронуться умом и не потерять надежду. Кто-то сдавался, а кто-то, несмотря на то, что мир вокруг них, казалось, рассыпается в прах, пытался найти утешение в ...окружающей природе.
Следующие несколько фото и цитат очевидцев событий будут именно об этом феномене человеческой души.
Поразительно, но это реальный исторический факт: многие солдаты и офицеры начинали заниматься ботаникой и наблюдением за птицами, собирали полевые цветы и в силу своих способностей и талантов даже создавали произведения искусства, вдохновлённые пейзажами, которые напоминали им о доме.
Иногда целыми неделями солдаты жили в блиндажах, наполненных водой и населённых крысами. Это не говоря уже о педикулёзе, траншейной стопе (погуглите, что это такое), дизентерии и других заболеваниях, которые сопровождали солдатскую жизнь в окопах.
Что же оставалось делать? Постараться сделать окопы более уютными и похожими на дом, чтобы поддержать боевой дух. В письме домой в 1915 году рядовой R.C. Frost писал:
«Наша траншея в своём роде образцовая, она достаточно безопасна и соединена удобными коммуникационными ходами. В блиндаже командира из мешков с песком есть окно, на нём занавески и оконный ящик с анютиными глазками… В глубине нашей траншеи созревает кукуруза и много цветущих полевых цветов… У нас также есть канарейки в клетках в траншее!»
Шотландский капитан Эндрю Маккормик написал домой об особой вечерней традиции, которую он ввёл для тех, кто жил с ним в одном окопе и воевал под его командованием:
«Большинство людей вдруг научились ценить цветы, которые так много сделали для того, чтобы украсить пустоши, остававшиеся на месте боёв. Каждый вечер я приносил в окоп разные полевые цветы — одуванчики, васильки, маки — чтобы украсить наш ужин».
Ещё одним способом избежать кошмарной реальности для солдат стало ...садоводство. Мало того, что оно давало солдатам дополнительную еду и витамины, это также был отличный способ отвлечься на дела, которые напоминали бывшим крестьянам о доме.
Писатель Кеннет Гельфанд написал в своей книге «Непокорные сады», что это был акт неповиновения, «пример борьбы за создание чего-то нормального в самых ненормальных условиях». На снимке ниже французские солдаты возделывают грядки недалеко от фронта в Шампани, 1916 год.
Лейтенант Альфред Моррис тоже занялся садоводством, находясь на фронте. Когда его подразделение перевели на новый участок, он с сожалением написал в своём дневнике, что ему пришлось покинуть свой садик, где только-только расцвели настурции.
Еще одно успокаивающее времяпрепровождением солдат во время Первой мировой войны были наблюдения за флорой и фауной. Они помогали многим мужчинам отвлечься от окружающей смерти и разрушений и сосредоточить внимание на живых существах, которые продолжали жить и цвести даже в таких условиях. Отдельные привычные растения и животные также напоминали солдатам о доме.
Если солдату удавалось завести домашнее животное (кота или собаку), это и вовсе было огромной удачей.
Про котов и щенков на войне я делал отдельную подборку. Рекомендую к прочтению:
Интересный случай вышел с орнитологом по имени Коллингвуд Ингрэм, который служил ремонтником в авиационном полку. Он опрашивал сотни пилотов, наблюдавших за перелётными птицами во время своих вылетов, и после войны опубликовал книгу о миграции птиц, наблюдаемых в Галлиполи. В его дневниках есть и такие строки:
«Свежие осколки на деревьях, осыпающаяся коричневая земля воронок от снарядов и, наконец, ряд ожидающих погребения тел в хаки — все свидетельствовало о недавних стычках. И всё же этот лес был ещё живым и листвы было достаточно, чтобы в нём могла обитать сойка, и он определенно не представлял того изможденного, увядшего вида лесов прошлогодних полей сражений».
Кошмарные воспоминания и тяжелые бытовые условия преследовали многих солдат этой войны ещё долго после её окончания. Но хочется верить, что так же, как сломанные снарядами деревья снова выросли, а трава покрыла воронки зелёным ковром, их собственные раны — физические и душевные — также смогли зажить со временем.
Читайте также о Первой Мировой войне на моём канале: