Это легенда долго волновала журналистов, и каждый в меру фантазии украшал её всё более жуткими подробностями. А было так.
Начало мая 1986 г. Чернобыль. Реактор продолжал плавиться, при этом прогрызая бетонную плиту. Под этой плитой – бассейн с водой, которая была теплоносителем, и если расплавленное и вдобавок радиоактивное топливо реактора соединится с водой, то масса пара и ядерного топлива будет выброшена в атмосферу, и это смертельное облако накроет и запад СССР, и Европу.
Дальше появятся легенды о добровольцах, о душевном порыве... Всё было просто. Руководство приказало слить воду из бассейна. Начальник смены на станции Борис Баранов и два дежурных инженера: Алексей Ананенко и Валерий Беспалов – получив обычные гидрокостюмы, отправились вниз.
Из всей защиты у них были респираторы. (Нисколько не удивлюсь, моего приятеля по байдарочным походам, врача, вызвали в военкомат и отправили в Припять: «Надо, Федя!» – работал там 3 месяца, потом несколько лет болел, умер совсем молодым, оставил жену и двух сыновей. Ни в одном документе его участие в ликвидации последствий аварии не отмечено).
Герои потом вспоминали:
– Сама операция прошла быстро и без осложнений, воды оказалось по колено, да и задвижки оказались с табличками. Открыли их относительно легко, газовый ключ не понадобился. По характерному шуму воды, истекающей самотеком, убедились, что задание выполнено.
Наши люди: послали, может быть, на смерть – пошли, сделали. «Гвозди бы делать из этих людей – не было б в мире крепче гвоздей».
Потом про них писали настоящие ужасы: «В течение последующих дней у троих стали проявляться неизбежные и безошибочные симптомы: лучевая болезнь.
Мужчин похоронили в свинцовых гробах с запаянными крышками. Даже лишенные жизни, их тела насквозь были пропитаны радиоактивным излучением». Для трагичности, очевидно – если не погиб, то не совсем герой?
А они вернулись на работу. На ту же ЧАЭС. Борис Баранов умер в 2005 г. Валерий Беспалов и Алексей Ананенков живы по сей день. За свой подвиг получили ордена «Знак Почёта» в 1989 г.