До старших классов мы писали чернилами. Клякса – оценка снижалась. Много клякс – переписывай. Особо загаженные работы выставлялись на всеобщее обозрение. Запомнился мальчик, который постоянно был перепачкан чернилами. Ему запрещали писать левой рукой, и он мучился, выводя прописи. Когда учительница не видела, он исподтишка перекладывал ручку в левую руку и кляксы больше не появлялись. Заметив эти манипуляции, его пересадили на первую парту, что б легче было контролировать. Ведь все должно быть под контролем. Никто не должен выделяться. Быть как все.
Пришла как-то девочка с синими бантиками – отправили домой. Яркий цвет не вписался в черно-коричневую палитру. Колготки бордовые? – Вон из школы! Завуч, увидев на мне шерстяную жилетку, заставила снять и надеть под форму, хотя была она коричневого цвета и носилась не для красоты, а для согрева.
Сестра пришла на школьную дискотеку в сером трикотажном костюме, присланном тетей из Венгрии, и сразу же была встречена учительским обстрелом:
- Что это ты, девочка, вырядилась в облегающий костюм для тридцатилетних девиц?
В девятом классе к нам пришла новенькая с густыми подвивающимися ресницами. Ей часто приходилось слюнявить палец и проводить по ресницам, что б продемонстрировать завучу, что они свои. А девочки с золотыми сережками приносили справку от врачей, что носят их по медицинским показаниям.
- Серьги носите дома. Это – школа, а не бордель.
Только в старших классах мы начали безболезненно менять сережки и пользоваться гигиенической помадой. После объявления свободной формы некоторые даже стали подкрашивать ресницы. "Перестройка", начавшаяся в стране, дошла и до школ.