Небольшая зарисовка моего авторства.
Обласканные ветрами, они шли, не касаясь друг друга, каждый думая о своём, но вместе — о едином. Сгущались сумерки, и припеченная солнцем земля грела ступни. Она смотрела на него украдкой, он замечал это, но не поворачивался, опустив взгляд уставших глаз на протоптанную сотней шагов траву.
— Соловьи поют, — сказала она, он задумчиво хмыкнул, вскинув голову, но, конечно, не увидев в небе птиц.
Дорога вела в никуда, они знали об этом, но все равно шли, будто там, впереди, будут не бескрайние поля, а ее дом, и он проводит ее, молчаливо кивнув напоследок, и ещё какое-то время будет стоять у палисадника, вдыхая нежный запах цветущей сирени.
— А знаешь... — сказали они хором и замолчали. Взгляды соприкоснулись на мгновение. Он почувствовал невероятную тоску, отягощенную возрастом, мелкими проблемами и одиночеством. Она — нежность, парящую внутри ее тела, мягкую и ароматную, словно первые цветы акации. Она улыбнулась своим мыслям. Он улыбнулся ей.
Нарочно оступившись, она пошатнулась ближе, касаясь пальцами тыльной стороны его ладони. Он не одернул руку.
Впереди открылось поле, золочённое долгожданным солнцем, но посеревшее после его заката. Судя по времени, она уже должна была сказать что-то вроде «ну вот я и дома». Но дом шёл рядом, молчаливо поджав тонкие губы.
Она взяла его за руку — слабо сжала худые пальцы. Он вздрогнул, не заслуживая этой нежности.
В тот вечер она целовала его руки, мечтая о губах, а он впитывал кожей каждое касание, и не мечтая о большем. Он проводил ее, все же довёл до дома с палисадником, так и не сказав ни слова, коснулся на прощание скулы, думая, что его руки слишком грубы для такой нежной кожи. Она плакала, чувствуя удушье, он плакал, чувствуя конец.
Он ехал по бескрайней дороге, не переводя взгляд на золотые поля, и касался своего лица рукой, на которой ожогами пропечатались ее поцелуи.
Однажды они встретятся вновь, объятые свободным и бессмертным ветром. На его осунувшемся лице появится морщины, она начнёт пользоваться косметикой и покрасит волосы. Он так же коснётся ее лица и, возможно, скажет хоть что-то. Она не будет плакать. Он будет улыбаться тонкими губами.