На прошлой неделе 32-летний серб выиграл титул в Баня-Луке – свой первый с 2019 года.
– Возвращение в тур после пандемии было немного натужным. У меня был внутренний конфликт – мы играли болельщиков, со строгими протоколами, тестами, нам нельзя было выходить из номеров и теннисных клубов. И я думал, почему мы играем в теннис, пока люди все еще страдают? Зачем мы играем? Просто, чтобы бизнес не останавливался?
Это привело меня в очень плохое психологическое состояние. Я был в депрессии и не мог наслаждаться любимым делом. Я люблю теннис, но происходящее в мире не давало мне радоваться работе.
– Как долго все это длилось?
– Почти год. Мне понадобилось время, чтобы вырваться из этого пузыря. Когда мир вернулся в норму, я начал чувствовать себя лучше. За 2022-й нашел новую мотивацию.
Но с профессиональной точки зрения прошлый год был худшим в карьере. Возникли и проблемы в частной жизни. Но сейчас я наконец снова встаю на ноги, упорно работаю каждый день. Стараюсь делать все, чтобы вернуться на прежний уровень.
– Что вам помогало в самые мрачные моменты?
– Я много работаю с психотерапевтом. Начал несколько месяцев назад, потому что у меня было много проблем – тревожность, ОКР, депрессивные чувства. Это очень на меня влияло на корте. В теннисе нужен полный порядок во всем, чтобы хорошо выступать. И я стараюсь стать лучше.
– Как на вас повлияла психотерапия?
– Я смотрю на нее как на терапию и одновременно тренировку. И хочу заниматься этим до конца жизни, даже когда перестану играть в теннис.
Это очень важно – особенно после всего, что пережил мир. Сначала нужно принять ситуацию, а потом уже можно начать путь к ее исправлению. Сейчас я на этом пути. В сложной ситуации ты можешь либо провалиться еще ниже, либо принять ее как часть процесса и пройти через нее, найти точки роста. И если это удастся, ты станешь лучше как человек.
Со мной сейчас ровно это и происходит.
– Помогло и то, что вы открыто заговорили о проблеме?
– Я потихоньку начинаю говорить об этих вещах. Думаю, это полезно. Если моя история поможет хоть одному человек, нужно об этом говорить. Хочу показать людям, что всегда есть решения.
В будущем это станет большой частью меня, потому что я в большой степени интроверт, часто слишком много думаю, и это приводит к тревоге по поводу того, что еще не произошло. Это не помогает ни в теннисе, ни вообще в жизни.
– Вы готовы говорить о личных событиях, которые привели к психологическим проблемам вместе с общемировыми проблемами?
– Пока не готов. Но могу сказать, что должен был пойти к психотерапевту еще много лет назад. Но тогда в Сербии к этому было совершенно другое отношение. Я просто не знал, как мне это поможет.
Подписывайтесь на наш телеграм о теннисе
