ГНачало.
История Российской энергетики началась со строительства первой электростанции в Санкт-Петербурге в 1880 году. За последующие десятилетия было построено множество других электростанций, газопроводов и нефтепроводов, которые обеспечивали энергией и топливом всю страну.
В начале 20-го века в России производилось около 80% нефти и 50% угля от всей мировой добычи. В 1920-х годах была создана государственная система энергохозяйства, которая стала основой современной энергетической инфраструктуры.
В эпоху Советов были сделаны значительные успехи в развитии энергетики. В 1950-е годы Россия уже обладала мощными атомными электростанциями, а в 1960-е годы началось строительство ГЭС на огромных водохранилищах, таких как Красноярское и Братское.
В 1990-е годы энергетическая инфраструктура России значительно пострадала в результате экономических и политических кризисов. Но в последующие годы при помощи инвестиций и модернизации удалось восстановить сильную энергетическую систему.
Сегодня Россия является одним из ведущих мировых производителей нефти, газа и угля. Кроме того, в стране работают мощные атомные, гидро- и тепловые электростанции, обеспечивающие энергией не только Россию, но и многие страны Европы и Азии.
История зарождения эксплуатации электрической энергии.
В конце 19-го века основу российской энергетики составляла генерация «паровой силы» в продовольственном секторе, в мануфактурном деле и в металлообработке. Как правило, для этих целей использовали местное топливо — дрова, уголь, торф, нефть, мазут, керосин, что составляло 80% энергетического баланса страны. В 1886 году «паровую» монополию нарушило промышленно-коммерческое «Общество электрического освещения 1886 года», зарегистрированное в Санкт-Петербурге. Инициатором этого предприятия выступил Вильманстрандский и временный С.-Петербургский купец первой гильдии Карл Федорович Сименс. Его электроэнергетическим дебютом в России стал подряд на освещение квартир доходного дома-пассажа купца Постникова (ныне это здание театра им. Ермоловой) в 1887 году. Вскоре в Георгиевском переулке Москвы была запущена локомобильная электростанция малой генерации, а затем на Раушской набережной дала ток первая паротурбинная электростанция мощностью 1470 кВт.
Карл Сименс, которому впоследствии присвоили титул потомственного дворянина, настаивал на своем варианте Устава «общества», опираясь на немецкую юриспруденцию, тогда, как министр финансов И.А. Вышнеградский потребовал регистрацию в российском правовом поле. Все эти законотворческие коллизии, а также требования властей о подаче городским жителям постоянного тока напряжением всего лишь 100 вольт, привели к тому, что до 1896 года предприятие «электрического освещения» было убыточным. Лишь после того, как уставной капитал Общества увеличили до шести миллионов рублей, а его акции продали Базельскому торговому банку, дело сдвинулось с места. Вскоре помимо постоянного тока стали отпускать и переменный ток, причем, самой разной частоты от 25 до 52.5 Гц. В целом, иностранным инвесторам интересны были только долгосрочные проекты, например, швейцарским акционерам удалось в 1895 году заключить с московскими властями пятидесятилетний концессионный договор об электрификации «любых районов Москвы, где только горожане пожелают».
Еще одним минусом этой политики эксперты называли обособленность строящихся электростанций, завязанных на небольшое число потребителей. Несмотря на контроль со стороны VI (электротехнического) отдела Русского технического общества, темпы роста электроэнергетики резко отставали от потребностей крупнейших городов — Москвы, Петербурга, Харькова, Самары, Киева и Риги, не говоря о провинции. Все попытки создания программы централизации и унификации энергосистемы страны, проекты которой обсуждались на семи Всероссийских электротехнических съездах, всерьез не воспринимались. Сказывалось и непонимание проблемы, и лоббирование иностранных интересов. В итоге перед «Красным октябрем» в стране функционировало только две небольшие энергосистемы — Московская и Бакинская. При этом подушная мощность национальной энергетики оценивалась в 12,8 кВтч в год на человека, тогда, как, например, в США — в 40 раз больше.
Иностранное засилье
Анализ капиталовложений за период с 1895 по 1899 годы в электротехническую и электрическую промышленность вывил очевидный перекос в сторону немецких и бельгийских инвесторов. Объясняется это тем, что царское правительство обеспечивало более льготное налогообложение зарубежных электротехнических концернов, нежели национальных. Российские власти требовали от иностранцев осуществлять генерацию или производство энергетического оборудования под русскими марками, взамен оставляя право на вывоз капитала в любых объемах. В итоге в первые десять лет двадцатого века зарубежные компании увеличили инвестиции в свои электротехнические дочерние предприятия на 205%. Так, перед войной 1914 года немцы контролировали две трети энергетики Российской империи. Между тем тарифы на освещение были заоблачные: один час работы лампы стоил 5 копеек, а уличного фонаря — 17 копеек, и это при средней зарплате в промышленности — 27 рублей в месяц.