Как-то, а было нам тогда лет по десять, моя не по возрасту начитанная подружка пристала ко мне с вопросом про смысл жизни. Я же была девочкой на редкость «материалистичной»: того, чего нельзя было потрогать или попробовать на зуб для меня просто не существовало. «Смысл жизни» невозможно было даже лицезреть. Что ж тут обсуждать? Это ж не новое платье воображалы Лидки. Но Лариска не отставала. – Вот в чем он? – «репеем» прицепилась она ко мне. – Ведь есть же, есть какое-то наше предназначение свыше! Конечно есть! Я прямо чувствовала, как «свыше» мне предназначали немедленно занырнуть в Волгу, пока я не расплавилась на этой адовой 30-градусной жаре. А потом морожку! И кваску холодненького! Ммм! Лариска на эти мои «философские» выкладки обиделась и не разговаривала со мной целую неделю. Так что у меня как-то сразу не срослось с этим самым «смыслом». А потом уже в десятом классе, литераторша наша «развезла» на уроке дискуссию о смысле жизни. – Вот в чем он у вас, а? – въедливо вопрошала она