«Стукнулось красное яичко и о землю, и земля пробудилась!» - и это так. Заскрипел, выкарабкиваясь из своей нороки, жук. Усы тянутся по прошлогоднему листочку, цепляются за паутинки. Слышит жук, как провел своими лапками по крылышкам кузнечик, у него забота - настроить свою скрипочку. Но шум перекрыл все нежные голоса козявок и букашек. Это шмель вылетел из прошлогодней листвы, и его понесло к поляне, где так ярко горят цветочки мать-и-мачехи. Можно полакомиться. Ох, как время торопится, обгоняет жука! Ему поскорее бы насытится чудесным нектаром, забыть про долгое оцепенение во тьме. А тут как тут над ним пчелка. Вот завистница! Будто бахвалится, что она такая раскрасавица писаная. А красоты-то ни на пылинку! Примостилась на цветок рядом. Все поглядывает искоса. С ухмылкой. Но тут же срывается. Шмель за ней. Жук глядит, как они первоцвет опустошают. Жук думает: «Сколько же сласти в трубочках желтоватых цветов!» Только подумал, а над ним чьи-то крылья закрыли на миг солнце. Это же крапивница! Куда это она? Эта зря времени не теряет. Жук летит за ней, пыхтит, и что? К медунице она летит! У нее свои заметки, она-то глазастая!..
Да пришло время открыть свой цветок медунице. Как редко мы находим время, без суеты, без размышлений о предстоящих делах, без тревог, отвести душу, наклонится к весенним первоцветам, к первым вестникам пробуждающейся красоты на земле. Посмотрите – медуница – разве не царица! Первые ее лепестки – красноватые. Но тут же, на тоненьком стебельке, лепестки фиолетовые, не чудо ли? Это то, что надо и крапивнице, и жуку, и шмелю. Именно фиолетовые цветки – те самые, где настой нектара – сладще сладкого!
А для девушек – первоцветы, это первые букетики от ухажеров. Для домочадцев подсушенные лепестки, брошенные в кипяток, делают беседы за чаем задушевнее. Наступает пора луговых чаев, цветочных.
«Стукнулось красное яичко и о землю, и земля пробудилась!» - и это так. Заскрипел, выкарабкиваясь из своей нороки, жук. Усы тянутся по прошлогоднему листочку, цепляются за паутинки. Слышит жук, как провел своими лапками по крылышкам кузнечик, у него забота - настроить свою скрипочку. Но шум перекрыл все нежные голоса козявок и букашек. Это шмель вылетел из прошлогодней листвы, и его понесло к поляне, где так ярко горят цветочки мать-и-мачехи. Можно полакомиться. Ох, как время торопится, обгоняет жука! Ему поскорее бы насытится чудесным нектаром, забыть про долгое оцепенение во тьме. А тут как тут над ним пчелка. Вот завистница! Будто бахвалится, что она такая раскрасавица писаная. А красоты-то ни на пылинку! Примостилась на цветок рядом. Все поглядывает искоса. С ухмылкой. Но тут же срывается. Шмель за ней. Жук глядит, как они первоцвет опустошают. Жук думает: «Сколько же сласти в трубочках желтоватых цветов!» Только подумал, а над ним чьи-то крылья закрыли на миг солнце. Это же крапивница! Куда это она? Эта зря времени не теряет. Жук летит за ней, пыхтит, и что? К медунице она летит! У нее свои заметки, она-то глазастая!..
Да пришло время открыть свой цветок медунице. Как редко мы находим время, без суеты, без размышлений о предстоящих делах, без тревог, отвести душу, наклонится к весенним первоцветам, к первым вестникам пробуждающейся красоты на земле. Посмотрите – медуница – разве не царица! Первые ее лепестки – красноватые. Но тут же, на тоненьком стебельке, лепестки фиолетовые, не чудо ли? Это то, что надо и крапивнице, и жуку, и шмелю. Именно фиолетовые цветки – те самые, где настой нектара – сладще сладкого!
А для девушек – первоцветы, это первые букетики от ухажеров. Для домочадцев подсушенные лепестки, брошенные в кипяток, делают беседы за чаем задушевнее. Наступает пора луговых чаев, цветочных.