54-летняя Елена Подсвирова, врач-неонатолог, спасает жизни пациентов реанимации перинатального центра Белгорода, а в перерыве между суточными дежурствами возит гуманитарную помощь в полевые госпитали раненым бойцам. В беседе с RT неонатолог рассказала, как ей удаётся совмещать сложную работу и волонтёрскую деятельность.
— Когда и как вы начали свою волонтёрскую деятельность?
— Многие знакомые начали помогать ребятам на границе ещё в марте прошлого года. Я первое время деньги переводила, покупала что-то. Одна моя хорошая подруга Ольга, профессор в белгородском университете, рассказала мне, что они с соседями начали заниматься сбором гуманитарной помощи. И я начала вместе с ней собирать вещи, готовить еду и передавать всё это через знакомых. А потом решили, что нужно самим к ребятам ездить.
В первую нашу поездку мы сварили огромную кастрюлю борща, приготовили килограммов 15 плова. Сын Ольги отвёз всё ребятам. Мы обменялись номерами телефонов. / Фото из личного архива
— Медицинские навыки вам пригодились?
— Когда мы только начинали помогать, школ тактической медицины фактически не было. И мы решили обучать парней. Мне пришлось вспомнить курс военно-полевой терапии, хирургию. Мы приезжали к бойцам и прямо на себе показывали, что и как при каких ранениях делать можно, а что делать ни в коем случае нельзя. Помню, как я ошибалась первое время, говорила по привычке «ребёнок» вместо «раненый». Позже наш Белгородский государственный университет предоставил помещение для проведения занятий. Там мы уже на манекенах всё показывали. И искусственному дыханию учили, и инъекциям.
— Как вам удаётся совмещать работу в реанимации и волонтёрство?
— Дочка вначале всё возмущалась, что я с работы — на фронт, с фронта — на работу. Помню, в ноябре я отработала сутки, потом со студентами-практикантами занималась, а вечером мне позвонили волонтёры: надо срочно отвезти за 200 км ребятам необходимые вещи. Села и поехала, только во втором часу ночи вернулась домой. А утром на работу.
Но я-то поспать и отдохнуть сумею, а они не могут ждать, им Родину защищать нужно сейчас, а не через три дня. Так и совмещаю работу и помощь. Со временем и семья включилась в эту деятельность. Но разве у нас есть выбор? Это наша страна, наши парни. Однажды я им так и сказала: «Я вас до конца СВО усыновила, потом делайте что хотите, а сейчас я вам мать, я за вас в ответе!»
В отпуске я попросилась в госпиталь помогать. Две недели ходила туда каждый день. Я ругаю ребят, если за здоровьем не следят. Я думаю, что и после окончания мы не расстанемся, будем общаться. Этот год, эти месяцы — это же целая жизнь.
— Почему вы решили посвятить себя именно неонатологии?
— Мама часто брала меня с собой на работу в поликлинику, и я очень прониклась этим. Когда встал вопрос о поступлении, решила отправиться в Астрахань, так как у нас в Белгороде не было медицинского. После третьего курса у нас была сестринская практика, и я случайно попала в роддом, в отделение для новорождённых. И как попала туда более 30 лет назад, так больше и не уходила. Хотя изначально я планировала быть педиатром или хирургом.
Последние 15 лет я работаю в реанимации новорождённых. Это очень тяжёлая работа. Но ты видишь результат своего труда.
В прошлом году самый маленький пациент весил всего 540 г. Помимо того что тут нужно иметь специфические знания и опыт, нужны терпение и физическая выдержка. Делать всё для того, чтобы не просто выжили, но и здоровыми были. Всегда стараешься с мамами держать контакт после выписки, чтобы видеть, как дети растут и развиваются. Сейчас в роддоме встречаю уже детей тех, кого ещё 20—25 лет назад я принимала сама. Это, конечно, дорогого стоит.
— Как вы встретили новость о начале СВО?
— В тот день я была на дежурстве. После очередного обхода деток пришла в ординаторскую писать дневники. В 05:30 услышала громкие звуки. Знакомые стали писать, звонить. Лишь спустя время мы с коллегами поняли, что это было.
Да, жизнь сейчас отнюдь не спокойная, но меня ещё никогда не окружало такое количество людей с большой буквы. Со всей страны находишь родственные души — из Москвы, из Уссурийска. Одни мои друзья из столицы потеряли сына, но они не потеряли веру: они так же активно помогают, передают много полезных вещей.
Кто-то переводит деньги, помогает инструментами, медикаментами. Моя знакомая Марина шьёт подушки, чтобы раненым можно было подкладывать под голову, руки, спину и ноги. Это особенно важно для лежачих, ведь высок риск пролежней. Мы забирали эти подушки в ночи, приехала огромная машина. Бабушки в деревнях сушат сухари, крутят салфетки хирургические, вяжут носки. Мы все стали одной большой семьёй.