Мы продолжаем цикл публикаций о преподавателях нашего вуза, сражавшихся на фронте и самоотверженно трудившихся в тылу.
Из дневниковых тетрадей Николая Ивановича Иржавского - кандидата физико-математических наук, первого декана строительно-технического факультета, почетного профессора ВГАСУ. Ветерана Великой Отечественной войны.
«Заместитель начальника штаба обрисовал сложившуюся военную обстановку на 25 июня 1941 года. Немцы прорвали нашу оборону, далеко вклинились в Львовскую область и подошли к железнодорожной линии станции «Броди». Создалась явная угроза захвата железной дороги на этом участке. Это отрезало бы западную область (Станиловскую, Львовскую, Дрогобышскую) и не дало возможности эвакуировать предприятия, людей и все остальное. Этим и объясняется то, что 24-го все начали срочно уезжать из Львова, дабы не быть захваченными немцами. В районе станции «Броди» шли ожесточенные бои. Постепенно немцы отходили. Мы, т.е. наша часть была направлена туда же, на усиление поредевших частей. Необходимо было отбросить немцев подальше от станции, тогда бы «пошло» много поездов, и все смогли бы уехать в Киев. Ситуация развивалась примерно так, как это обрисовал зам. начальника штаба. Постепенно немцы были отброшены от железнодорожной магистрали. И первое, что пришло на станцию, это были эшелоны, которые везли обратно всех сотрудников партийной и комсомольской сети, руководителей учреждений. Оказывается, всех уехавших встретили у Белой Церкви заградительные отряды. Многие за несанкционированный отъезд потеряли партийные билеты, а некоторые должности сразу были мобилизованы. Все возвращенные в город оставались там, еще некоторое время. В конце месяца военная ситуация стала угрожающей, началась официальная эвакуация, а к началу июля Львов был покинут и нашими частями. Я получил предписание ехать в Киев на сборный пункт комсостава для распределения по местам дальнейшей службы. Приехав в город, я спешил к родственникам своей жены, надеясь застать ее там. Жену я встретил у них в тот же день. Это была очень радостная встреча, за то время, которое мы не виделись, могло случиться что угодно – «но мы были пока еще живы». На следующий день я отправил жену в Харьков. Поезд отходил вечером. Я посадил ее в вагон, и мы попрощались.
Это была жестокая война, она переворачивала судьбы всех людей. Встретились мы уже только в 1945 году».
