Истории от легенды хоккея.
Величайшему вратарю в истории нашего хоккея, а сейчас президенту ФХР Владиславу Третьяку – 71 год. День рождения легенда празднует 25 апреля.
Год назад перед 70-летием Владислав Александрович стал героем традиционной рубрики «СЭ» «Разговор по пятницам». В большом интервью он в том числе рассказал нашим обозревателям Юрию Голышаку и Александру Кружкову о том, как встречал этот день во время карьеры и после нее.
— Когда-то Валентин Бубукин здорово объяснил, что такое 70 лет.
— Это как же?
— «Много цветов, а ты еще жив».
— Да, неплохо!
— Свои 70 как описали бы?
— Не могу осознать, что мне 70. Иногда подходят пожилые люди — на вид значительно старше меня. Говорят: «Когда я был маленький, смотрел, как вы играли, и наслаждался...» Тут-то и озадачиваюсь: сколько ж мне? Всем кажется, что Третьяк древний мамонт. Потому что за ЦСКА начал играть в 1969-м — 17-летним.
— В какие моменты понимаете, что вы — вообще не старик?
— Когда на лед выхожу!
— А вы еще выходите?
— Конечно! Регулярно устраиваю мастер-классы.
— За ветеранов вроде бы не играете.
— Всего два матча провел. Оба — в защите.
— Это что за истории?
— В 2006-м отмечали 50-летие отечественного хоккея — играли на Красной площади. Нельзя было отказываться, никто бы не понял. Потом еще на каком-то юбилее вышел. На пять секунд.
— Почему не в воротах?
— Там совершенно другая игра — как минимум период надо отстоять! А у меня коленки уже не те. Уколы нужно делать. Все мениски стерлись. Ни один вратарь того времени столько не садился, сколько я.
— Это мы помним.
— Тарасову-то не нравилось. Если я отбивал, ничего не говорил. Едва пропускал, сразу: «О, это потому что сел! Нельзя садиться!» Я первый сыграл в стиле «баттерфляй». А Коноваленко и вратари НХЛ играли стоя. Вот разве что коленки и напоминают сегодня о 70 годах — больше ничего! Даже кажется, не обо мне речь!
— Много слухов ходило — будто вы покидаете ФХР, отправляетесь на пенсию. Давайте же успокоим народ — Третьяк остается.
— Да! На работе, наверное, и умру. Я такой человек — должен быть все время в действии.
— Вы как артист. Они мечтают умереть на сцене. А вы, значит, в этом кабинете?
— Вообще-то, я бы подольше пожил...
— Разделяем ваши стремления.
— Но если умереть — то уж в хоккее. Здесь вся моя жизнь.
— Как в годы вратарской карьеры дни рождения праздновали?
— Да у меня их и не было! Это сейчас чемпионат мира в мае, а прежде начинали в двадцатых числах апреля. Все время там — либо матч, либо день отдыха. Зато потом наступила пора юбилеев — 50 отметил роскошно, 60, 65...
— «Роскошно» — это как?
— Собралось человек триста в театре Российской Армии. А на 60 и 65 — еще больше. Все лучшие артисты съезжались. Но праздники устраивал не для себя. Хотелось сказать спасибо людям, которые мне помогали. А как их поблагодарить? Сделать им приятное!
— Артисты приходят бесплатно?
— Всегда и все — только бесплатно!
— Это редкость.
— Помню, перед моим 65-летием Лепс сказал: «Жаль, приехать не смогу, у меня в Дюссельдорфе концерт, в Москве буду лишь на следующий день». Так что вы думаете? В 11 вечера неожиданно появляется, торжество в самом разгаре! Вышел и спел!
— Что именно?
— «Я поднимаю руки». Моя любимая песня!
— Мы-то думали, любимая — «Рюмка водки».
— Нет-нет. «Рюмка» — это не ко мне.
— Кто-то из артистов просился выступить сам?
— Буквально три дня назад звонок от Димы Маликова — «У тебя же юбилей! Я спою?»
— В этом году что замышляете?
— А ничего. Пришлось звонить уже приглашенным артистам, всё отменять. Не то настроение, чтобы праздновать! Договорились перенести на следующий год. Сейчас просто стол накрою в федерации хоккея. Ну и дома отметим.