Похожие случаи произошли с двумя подругами. Один несколько лет назад в Израиле, другой совсем недавно в России. Случаи похожие, но реакция со стороны общественности и государства — совсем разная.
Случай с Аллой Боссарт в Израиле
Родившаяся в 1949 году в Москве Алла Боссарт — известная журналистка, автор тысяч статей в ведущих советских, а затем и российских изданиях.
Подруга и многолетняя сотрудница Дмитрия Муратова — главреда «Новой газеты» — одной из главных российских оппозиционных газет.
А ещё Алла Боссарт — поэтесса. И жена получившего известность в перестроечные и ельцинские годы "поэта-правдоруба" Игоря Иртеньева.
О политической позиции Боссарт и Иртеньева подробно рассказывать здесь не будем. Супруги являлись членами крайне оппозиционного «Комитета-2008», созданного под председательством иноагента Гарри Каспарова. Иноагентами объявлены ныне и многие другие члены этого комитета.
Иртеньев в стихотворной форме высмеивал советскую и российскую жизнь, на чём свет стоит ругал власть. Статьи Боссарт тоже носили оппозиционную направленность. Разве только "святые девяностые" не вызывали у супругов сильного негатива.
Ещё в 2011 году Боссарт и Иртеньев решили "сменить родину" и репатриировались в Израиль. Но и израильские реалии со временем тоже стали вызывать недовольство супругов.
Живя в России, они критиковали Россию, оказавшись в Израиле, стали критиковать и его.
Некоторое время Иртеньев и Боссарт курсировали туда-сюда между небольшим израильским городом Кармиэлем и своей подмосковной дачей в Фирсановке (любой уважающий себя творческий интеллигент помимо хорошей квартиры в Москве зачастую имеет и подмосковную дачу).
Но укорениться супруги всё же жаждали на исторической родине Игоря Моисеевича Иртеньева (урождённого Рабиновича).
С публичной критикой Израиля со стороны свежеприбывших Иртеньева и Боссарт местная патриотично настроенная общественность мириться, мягко говоря, не хотела.
В 2016 году Алле Боссарт очень не понравилось, что её слишком внимательно досматривали в израильском аэропорту. В отместку она написала стихотворение «На вылет», в котором сравнила израильских девушек-пограничниц с немецкими овчарками.
Реакция на стихотворение со стороны израильтян была крайне негативной.
Она так и не поняла, что в этой стране есть две темы, которые трогать нельзя ни при каких условиях. Это дети и армия.
А если речь идет о наших детях, служащих в нашей армии, то это означает подписать себе приговор на... (далее следуют непечатные выражения).
(Из статьи Александра Гутина в издании «Новый взгляд» от 22.05.2018).
Но должного урока из этого случая Алла Боссарт не извлекла. Следующее её ставшее скандальным стихотворение привело в итоге к весьма плачевным для них с мужем последствиям.
В 2018 году Боссарт опубликовала стихотворение «Три девушки в хаки» о девушках-солдатках Армии обороны Израиля. В этом стихотворении были оказавшиеся совсем уж неприемлемыми для израильского общества строки:
А мамки ждут – с мантами и борщами,
с мацой и щукой ждут своих... (здесь было нецензурное слово, обозначающее девушек с низкой социальной ответственностью).
(Из стихотворения «Три девушки в хаки» А. Боссарт, 2018 г.)
На этот раз против поэтессы поднялись даже те, кто никогда прежде ни о ней, ни о её муже слыхом не слыхивал. Гражданское общество сплотилось в желании заставить Боссарт и Иртеньева покинуть страну.
Ситуацию усугубило не слишком мудрое поведение Аллы Боссарт. Она могла извиниться и тем самым попробовать погасить скандал. Но вместо этого прибегла к всевозможным оскорблениям в адрес своих оппонентов. «Не забывайте, кто вы и кто я», — высокомерно поставила точку в дискуссии Боссарт.
Требования лишить Аллу Боссарт гражданства действительно имели место. Некоторые даже утверждали, что, — о, ужас! — Боссарт никакая не еврейка, а русская. В связи с этим злые языки окрестили её "шиксой" — так еврейские мамы пренебрежительно называли девушек-неевреек, претендовавших на их умников и красавцев, достойных лучшего сыновей.
Она называет (здесь было непечатное слово) девочек, которые каждый день рискуя собой охраняют покой страны, а значит и ее. Поэтессы Боссарт.
Она называет (здесь было непечатное слово) моих дочерей, например.
А потом закатывая глаза задает вопрос, ачотакова? Это же образно.
Я всего лишь не хочу, чтобы моих дочерей называли (здесь было непечатное слово). Никак. Ни образно, ни в качестве идиомы или гротеска. Никак. Тем более старая (здесь было непечатное слово).
(Из статьи Александра Гутина для издания «Новый взгляд» от 22.05.2018).
Из знакомых супругам известных людей выступить в защиту Боссарт решились очень немногие. Одним из пытавшихся оправдать поступок Аллы Боссарт был иноагент Виктор Шендерович.
Почти все остальные друзья и знакомые от семьи Боссарт-Иртеньева отвернулись.
Творческие вечера супругов в Израиле были отменены. Израильские издания, с которыми литераторам Боссарт и Иртеньеву удалось завязаться, стали отказываться от сотрудничества.
В российских СМИ и блогах стали появляться заметки с названиями вроде: «Московскую поэтессу затравили в Израиле».
Надежды зарабатывать на новой родине деньги литературным трудом и проведением творческих вечеров у Аллы Боссарт и Игоря Иртеньева рухнули. Супруги вынуждены были вернуться в Россию.
Здесь они собирались переждать, пока скандал уляжется, заработать денег, и вернуться в Израиль.
Но не тут-то было. "Отмена" Боссарт и Иртеньева в Израиле оказалась не самым тяжёлым последствием опрометчивого стихотворения.
От прежних отношений у Боссарт есть дочь Вера 1982 года рождения. В 15-летнем возрасте Вера выпала из окна 8-го этажа. Вера выжила и стала художницей, но одна она жить не может. Алла Боссарт планировала забрать дочь в Израиль.
Не знаем, как получила гражданство Боссарт, но для репатриации дочери надо было доказать еврейское происхождение Веры.
Все необходимые документы уже были поданы, супруги ждали решения из Израиля. Но прилетевшая в 2019 году из Иерусалима весть повергла Боссарт в смятение.
Приведём цитату со страницы Аллы Боссарт, где она рассказывает о случившемся:
С чего начинается родина? С присутственных мест. С выдачи документов. С посольств, консульств, министерств, а в Израиле еще и с загадочной конторы под названием Натив, где ваши документы проверяют на вшивость. Это и только это является лицом страны. Любимые мною моря, пустыни, горы и вообще пейзажи – потом.
Как некоторые правильно догадались нам опять надавали чиновничьими ссанными тряпками по мордАм.
На этот раз, правда, с особым цинизмом.
Цинизм заключался в том, что меня разыскали (я была уже не в Израиле, а в Москве), передали что мое дело пересмотрено в связи с новыми обстоятельствами (а им два года: доказанное отцовство, еврейство, и тыры-пыры) и срочно просят меня явиться в Натив для решения вопроса, срочно! срочно! cito!!!
Мы, как известно, подхватились, все московские дела – ремонт, выставки, фестивали, издательства, выступления – по боку, для собак находим сидельца, вылетаем на метле.
(Из поста А. Боссарт экстремистской соцсети, 2019 г.).
Суть дела была такова. Для положительного решения вопроса надо было доказать, что отец Веры — Михаил Борисовича Левин — хотя бы наполовину, а не на четверть, еврей.
Не будем грузить вас подробностями, но "железных" документальных доказательств у Боссарт не оказалось, и её дочери Вере в праве на репатриацию отказали. Образно говоря, израильские чиновники проверяли всё до последней запятой, и нашли таки повод отказать.
У знающих людей нет никаких сомнений в том, что истиной причиной отказа стало то самое стихотворение. Алла Боссарт тоже уверена в "предвзятом" к ней и её дочери отношении:
Короче говоря. Уже нет сомнений, что существует некая команда "гнать и не пущать".
Поэтому, дорогие мои израильские друзья. При всем уважении к стране, ее демократии, армии, истории, а также любви к вам лично - наша семья решила проект "Алла Борисовна меняет родину" считать закрытым. Кому-то без нас будет скучно, а кто-то вздохнет с облегчением и радостью. Жалко потраченных лет, денег, нервных клеток и котлеток. Природу наших с Игорем Иртеньевым невропатических заболеваний объявляем психосоматической и отправляемся зализывать раны в Фирсановку.
У вас отличная страна. Лицо у нее только неприятное, хоть с него воду и не пить.
(Из поста А. Боссарт в экстремистской соцсети, 2019 г.).
После закрытия проекта "Алла Борисовна меняет родину" Иртеньев и Боссарт так и жили на даче в подмосковной Фирсановке. Но через некоторое время после начала известных событий вдвоём, без дочери Веры, снова улетели в Израиль.
Сейчас живут в недорогой съёмной квартире в далеко не лучшем районе провинциального израильского городка Кармиэль.
Изредка ездят по небольшим израильским городкам, где читают стихи перед не всегда благодарной и почти всегда немногочисленной публикой. Честно говоря, на их лицах читается безнадёжность.
Случай с Евгенией Беркович в России
Другая история короче, но тоже весьма показательна. Её героиня — молодая, 1985 года рождения подруга Аллы Боссарт из Санкт-Петербурга. Тоже поэтесса, и вдобавок ещё модная режиссёрка и драматургиня и феминистка — Евгения Борисовна Беркович.
Наставником Беркович на режиссёрском курсе Школы-студии МХАТ был ныне покинувший Россию, приговорённый в 2020 году к 3 годам условно за мошенничество, совершенное организованной группой в особо крупном размере, несравненный Кирилл Серебренников.
Свои прозападные либеральные взгляды Евгения Беркович никогда не скрывала. 24 февраля 2022 года она была задержана на протестной акции и приговорена к 10 суткам ареста.
В мае 2022 года Беркович написала стихотворение «Прогулка», в котором, скажем так, очень жёстко критикует поддерживающих свою страну россиян:
И парад у них
С красными гвоздиками,
И учебники
С хитрым палачом.
Слава богу, мы
Не такие дикие,
Хорошо, что мы
Вовсе ни при чем.
Идём с тобой прудами чистыми,
И наблюдаем за фашистами.
Мы только в чёрном ходим на люди,
У нас февраль никак не кончится,
И ничего вообще не хочется,
И полный кризис бытия.
Мы не потерпим этой наледи,
Мы не приемлем черни, челяди,
Как хорошо, что эти нелюди -
Не я,
Не я,
Не я,
Не я.
(Из стихотворения Е. Беркович «Прогулка», май 2022 г.).
Никаких последствий для Беркович это стихотворение не имело.
Государственные театральные начальники прекратили открыто сотрудничать с Евгенией много позже — только после того, как нарочито протестная позиция режиссёрки стала широко обсуждаться.
Но Женя Беркович по-прежнему пишет для государственных театров и исправно получает государственные деньги. Просто договоры заключаются теперь на других людей, а имени Евгении Беркович не печатают на афишах.
Об этом драматургиня недавно сама рассказала в соцсети:
Я довольно много пишу, и поскольку мало кто пишет для музыкального театра и мало кто пишет для театра в стихах, работа есть. Но я ничего не могу об этом рассказать, потому что эти интереснейшие проекты выйдут не под моей фамилией.
(Из записи Е. Беркович в признанной в РФ экстремистской соцсети).
Выводы
История Аллы Боссарт показала, как патриотичное израильское общество может защищаться от тех, кто, демонстрирует нелюбовь к стране и критикует её армию.
А история Евгении Беркович показывает, что российское общество на самом деле добрей и терпимее. А государство — всё ещё либеральное и мягкое. И порой, на наш взгляд, слишком щедрое — даже не прекращает финансирование непримиримых своих оппонентов.
Но "тоталитарным репрессивным режимом", даже "Мордором" либеральные критики всё равно называют Россию.
Ещё из этой истории можно сделать вывод о том, как глубоко и обширно пропитала нашу творческую интеллигенцию, в том числе и начальствующую её часть, чуждая нам либеральная прозападная идеология.
Рекомендуем: