Первомай... Хмурое, блеклое небо стучит первым в этом году дождём в окно... Каждое утро я по традиции иду в Ад ( группа "Шелковый Ад") сказать своё здравствуйте и оставить отпечаток лапки 🐾на счастье. Хозяйка Ада ответит своим "добрым утром", которое вернётся к ней пожеланием "добрейшее".
Не важно: светит за окном солнце или идёт дождь, как сегодня, ангелом ты проснулась или демоном, если ты открыла глаза, значит утро доброе. Даже если ты уже неделю хочешь орать в своих четырёх стенах и готовишь маленькую женскую месть, предвкушая, какой удар нанесёшь. Проснувшись, ты получила шанс прожить сегодня ещё одну маленькую жизнь.
Моя празднично-выходная жизнь начинается с тренировки. Отмечаю, что ходить на беговой стало веселее, штанга идёт легче. И хоть существенных изменений не вижу, всё равно улыбаюсь своему отражению. Для меня процесс уже результат.
У тренировки есть ещё один плюс: можно подумать над темой сегодняшнего задания. Пишем о добрых людях. Но как же тяжело думать о добре, когда внутри сидит обида, злость, отчаяние от безнадежности.
Перебираю ногами и мыслями, листаю альбом памяти. Пустота... Почему так? Неужели на моем пути не было добрых людей? Конечно, были. Однако добро подчас кроется в каждодневных мелочах: незнакомый мужчина открыл перед тобой дверь, подруга поддержала под локоть, когда тебя качнуло от притока свежего воздуха, случайный ребёнок поздоровался на улице, мужчина протянул руку, чтобы помочь подняться упавшей в гололед Ташке... Но стоит ли это того, чтобы писать историю в тысячу знаков?
К тому же понятие добра часто субъективно. Одна дама искренне считала, что относится ко мне по-доброму, поучая, как писать, что говорить, как жить... При этом она забывала, что летом оговорила меня перед мужчиной, которому я нравилась. Она не знает меня настоящую, мнение её сложилось из моей манеры лёгкого, где-то даже легкомысленного общения в соцсетях. И вот уже готов ярлык — шлюха. Тем не менее моё высказывание в одном из постов "корова" о женщине, выбрасывающей на берег медуз, искренне возмущает её. Разве так можно? Она же женщина! А я, выходит, нет?
Или мать Тереза. Ею восхищался весь мир, долгое время эта женщина с лицом мудрой черепахи была олицетворением добра. Лишь после её смерти стали известны факты жёсткого и даже жестокого обращения с женщинами, детьми, обратившимися к ней за помощью. На примере матери Терезы мы узнали, что добро — удачный финансовый проект, построенный на бедах ближнего.
Да и сама я кто, чтобы говорить о доброте? Женщина, которая поможет, отдаст, поинтересуется, но которая в то же время разрушает свою жизнь и стремится разрушить жизнь дорогого ей человека.
Похоже, мне нечего писать сегодня. С такими мыслями иду на выход из фитнес центра. В дверях сталкиваюсь с тренером. Импозантный такой мужчина, с аристократической сединой. Из тех людей, которым доверяешь с первого взгляда.
Машинально улыбаюсь:
— Здравствуйте! С праздником!
И почти в спину слышу:
— А какой сегодня праздник?
— Так Первомай же!
— А разве это праздник? Этот день всегда сатанинский был.
Тааак, день перестаёт быть томным, когда кто-то или что-то нарушает его привычное течение!
Бровь моя ползёт вверх, приглашая продолжить беседу.
— Кто придумал этот праздник? — продолжает охотно тренер. —Советская власть. Коммунисты. Они закрыли церкви, распродали за границу церковное имущество. Они лгали нам. А в Библии сказано, что дьявол — отец лжи.
Слушаю очень внимательно. Рассказчик он замечательный. Попутно вспоминаю, что действительно первое мая приходится на знаменитую Вальпургиевскую ночь, когда на Лысой горе собиралась нечисть для разного непотребства.
— Бабушка моя в этот день зажигала в доме свечку церковную. Дверь закрывала на замок и молитвы читала.
Тренер запускает руку в карман, достаёт "Коровку" и протягивает мне:
— Вот, берите. Надо закрыть углеводное окно после тренировки.
Вроде бы незначащее событие — конфета. Но механизм памяти запускается. Покойный свекр рассказывал, как его, белорусского четырехлетнего мальчонку, немец, остановившийся на постое в их хате, угостил конфеткой. Свекр знал, какие ужасы творились во время оккупации Белоруссии, понимал: ему повезло, что жив остался. Но ненависти к немцам не было. Помнил эту конфету и понимал: все люди разные, среди плохих найдётся тот, кто увидит в тебе человека и поддержит.
Потянуло в кафе. Собираю трубочкой пенку с любимого лате. Смакую "Коровку". Хорошо-то как!
Повременю с местью. Тем более я себе сама такой не нравлюсь.