Картины – шедевр.
Рисуете?
О! Тогда в курсе, как не просто начать.
А ещё сложнее образ в голове нарисовать и держать от начала до конца, выдохнув лишь потом.
Из проб и ошибок происходит всё в нашей жизни.
Передо мной явилась – нет-нет, а картина Ренуара «Завтрак гребцов».
Какой же давний завтрак, уж и людей давным-давно нет на свете, а образ остался и дух и настроение давнего 1881 года.
В те времена, рестораны с террасами, были в моде.
Как и соломенные шляпки жёлтого цвета.
Семейство Фурнез владели тем рестораном и отелем для туристов с прокатом лодок.
Находился ресторан на небольшом островке посреди Сены недалеко от Парижа, в районе города Шату.
Парижане увлекаются греблей и любят повеселиться, вкусно поесть (во все времена такое) и на ночь остаться.
Рассматривая внимательно картину, не заметила, как оказалась в том месте и в то время.
Огляделась, на мне длинная, пышная чёрная юбка, белая блуза с рукавами немного ниже локтя, на голове соломенная шляпка, по той моде.
Не поверите, глубоко вдохнула и заметив свободный стул в углу террасы под фикусом, в мгновение ока оказалась там и присела.
Место скажу вам, привлекательное.
Не слышна городская суета, а публика разная: бизнесмены и светские дамы, швеи и артисты, писатели и многие другие.
Все знали присутствующего художника, который пригласил их отобедать.
Дочь хозяина ресторана проходя мимо меня говорила идущему рядом, что частым гостем был Ги де Мопассан, всегда снимал комнату в отеле на втором этаже.
Пригласивший всех, Пьер, изображал друзей и знакомых на холсте.
Непринужденная обстановка, без всякой парадности.
Все в радостном настроении и естественных позах.
Никому и дела нет, что я наблюдаю за происходящим.
За периллами второго этажа просматривается растущая зелень, река. По Сене проплывают парусники.
Столы уставлены бутылками с вином и фруктами, виноградом.
Не поверите, но тут же находится владелец ресторана, сам Фурнез.
Он оперся спиной к перилам террасы.
Крепкий и уверенный в себе с сильными руками, они голые, так как одет в рубашку без рукавов.
За столом очаровательная девушка Алина, чуть больше 20 лет, она посадила пушистую собачку прямо на стол и забавляясь ей никого не замечая.
Было видно, что ей нравился лишь сам художник, холостяк и видно, к нему её влечёт.
Видимо не смущает, что на 20 лет старше.
Пьер поделился с другом по имени Кайботт: - «Её хочется погладить по спине, как котенка».
Произнёс тихо, но близко с местом, где сидела Я.
Поэтому невольно оказалась свидетелем признания.
Кстати Кайботт инженер, коллекционер, художник-любитель, страстный гребец. Сидел напротив Алины, оседлав стул и в рубашке без рукавов.
Вечером все присутствующие танцевали под игру на пианино.
Когда все стали расходиться, а прислуга убирать со стола, то и я незаметно испарилась.
В Париже бывать не приходилось и на реке Сена тоже.
Благодарю случай волшебный, что так невзначай оказалась в далёком 1881 году среди французов.
Позже узнала, что в конце концов Пьер и Алина поженились, ведь ей было безразлично - Знаменит или безвестен, беден или богат. Всячески помогала ему. Родила двух сыновей Жана и Пьера.
В 1906 году ресторан был продан, так как стали увлекаться велосипедом, а лодки ушли в прошлое.
