Тебе приходилось сталкиваться с неожиданной откровенностью случайных попутчиков? Дорога, мимолетность нечаянного соседства, возможность поделиться накипевшим с доброжелательным или просто терпеливым слушателем часто настраивают на доверительный лад. Особенно в купе вагона, где посреди недели едут всего два пассажира, да еще до разных станций. И звучит братское, дочернее, родительское признание в том, вокруг чего роятся противоречивые мысли и чувства, что хочется разрешить хотя бы внешне спокойно, будто просто наедине с собой…
Родительское признание
Немало разных дорожных историй накопилось и у меня. О прирученном волчонке, чья верность просто поразила. О деде-знахаре, который знал множество целебных свойств грибов и растений и ни разу за всю жизнь не взял платы за лечение. Как можно вполне законно продавать дороже, например, стиральный порошок, ничего не меняя в технологии производства при стабильном курсе валют.
И как чувствуешь себя в 80 лет, когда, имея трех сыновей, раз в четыре месяца переезжаешь от одного к другому: из Хмельницкого в Полтаву, откуда уже и вовсе в Казахстан — и опять по кругу…
Вот и подумалось: мы тоже будто случайные попутчики на просторах Интернета. Почему бы не рассказать тебе еще одно нелегкое родительское признание? Вдруг сможешь помочь дельным советом?
Антонина Макаровна: история
Эту практически исповедь услышала от Антонины Макаровны, возвращаясь в Страстной четверг из Киева домой. Видимо, услышав краем уха наш с дочкой телефонный разговор, моя соседка решилась поделиться своей душевной заботой. Вот ее история:
«У меня две дочери. С мужем мы разошлись, когда младшая только в школу пошла. Ну, переехали мы к моей матери в село. Она тогда очень поддержала нас. Не знаю, как бы справилась со всем, если б не мама.
Когда девочки стали старше, оставила их с мамой, а сама поехала на заработки в Италию. Уже многие односельчане там работали. Так что знакомые и встретили, и помогли найти работу. Конечно, было трудно в разлуке. Но мне становилось легче от знания, что у моих детей и матери есть хорошая пища, красивая одежда, теплый и уютный дом. Конечно, каждый месяц я посылала им деньги, но так же регулярно откладывала на свою мечту.
Материнский долг
И когда дочки выходили замуж, я смогла ее реализовать: каждой на свадьбу подарила по хорошей однокомнатной квартире. Подарки тут же были оформлены на дочерей… Я посчитала, что так выполнила свои материнские обязанности, и, когда девчата обжились, когда каждая наладила свою жизнь, я сказала им, чтоб они больше на мои деньги не рассчитывали. Они не возражали. Понятно, были подарки, продолжала помогать маме. Но теперь я стала собирать и на собственное жильё, и на старость, которая не за горами…
Три года назад не стало моей мамы. Я продолжаю работать в Италии. А дом, который унаследовала, стоит пустым. Не раз просила дочек и зятьев хотя бы по очереди ездить в село, чтобы приглядеть за домом. Зимой протопить несколько раз, почистить двор от снега. Летом скосить траву, прибраться в саду, помыть окна, что-то покрасить, подремонтировать.
Сосед-помощник
Но нет, всегда находились причины для отказа. Так и стоял бы он заброшенным, но я решилась обратиться за помощью к Михаилу — соседу. Пообещала платить за работу. Он согласился. Не каждый день, но часто что-нибудь чинил, ухаживал за садом, двором. Звонил, сообщал о сделанном, рассказывал о том, что нужно сделать. Присматривая за могилкой своей жены, убирал и мамину…
Постепенно между нами возникло нечто большее, чем просто деловые отношения. Симпатия, доверие… Мы подолгу разговариваем: вспоминаем, делимся тем, что волнует, интересует нас обоих и по отдельности. Иногда мечтаем.
Знаете, Михаил уже несколько лет вдовец. Есть у него один сын, он взрослый, живет в Германии. А в самом начале весны Михаил позвал меня вернуться домой. Мол, достроим и обновим дом, будем жить вместе. Я не против, даже рада.
Но рассказала своим дочкам, а они рассердились: что это я на старости учудила? Замуж выйти надумала курам на смех? И зачем чужого человека в семейное гнездо приводить? Пообещали, что если приму предложение Михаила, то они не приедут к нам на Пасху. Может, надеялись, что дострою дом и возьму одну из них к себе? Да ведь когда-то он всё равно перейдет к ним.
Вот еду в родное село. Знаю: Михаил ждет, обрадуется. А на праздник, видно, буду без родных…
Родительское признание: что думаешь ты?
В ответ я сказала лишь, что верней всего прислушиваться, что подсказывает сердце. Но до сих пор стараюсь ответить на непростой вопрос: почему многие взрослые дети убеждены, что мать должна жертвовать ради них своим счастьем? И есть ли у Тониных дочерей основания злиться, поскольку раньше бабушкин дом был им неинтересен? Поможешь разобраться в этом?